Соедини свое сердце с моим

— Давай его мне, — сказал Этьен, протягивая руки.

— Ничего, я справлюсь, — попыталась улыбнуться Анна.

— Мученичество — это унылая добродетель, которую обычно переоценивают, — нравоучительным тоном заметил Этьен.

С чувством собственного достоинства Анна передала ему ребенка. Обычно в домашней обстановке их родительские обязанности были строго определены. Подобная узурпация роли Анны вносила неясности и путаницу.

Должно быть, Этьен пожалел о своем рыцарском поступке, как только обнаружил, что после влажного поцелуя его жизнерадостного сынишки на свежевыбритой щеке остался прилипший кусочек каши.

— Ты меня причешешь? — на колени к Анне скользнула Эмма и с важным видом вручила ей расческу и ленты.

— Разрешаешь? — Анна вызывающе взглянула на Этьена. Голос прозвучал капризно и несколько бесцеремонно. Взгляд Этьена смутил ее.

— Хорошо, это не очень сложно, — уступил он.

Щекоча сына, что, по мнению Анны, лучше не делать, Этьен смотрел, как ее ловкие руки укладывали пушистые локоны Эммы в прическу.

Впервые увидев Этьена с детьми, Анна поняла, что за его суровой, даже грозной внешностью таится добрая и жизнерадостная натура. Она надеялась, что со временем Этьен сблизится с ней, однако он не выходил за пределы установленных брачным контрактом рамок.

Так продолжалось до тех пор, пока Эмма не начала замечать, что ее родители не похожи на других: ни объятий, ни дружеской пикировки, ни ласкового подтрунивания. К сожалению, Этьен не предусмотрел таких тонкостей. Дети оказались наблюдательными, от их глаз ничто не могло укрыться. Неуемное любопытство росло. Анна гадала, как же Этьен справится с неизбежными вопросами детей.

— Я скоро вернусь, — сказал он, стоя в дверном проеме, обрамляющем картину отца и дочери, взявшихся за руки.

— На работу? — нерешительно поинтересовалась Анна.

— На сегодняшнее утро я отменил все встречи. В десять тебя осмотрит Кэл Морган. Я отвезу тебя в больницу сделать прививку против столбняка.

Анна ответила ему смущенным взглядом.

Домработница взяла Тома на руки:

— Я искупаю его. Да, мой хороший? Поцелуй мамочку."

"К тому времени как Анна освободилась из объятий Тома, Этьен с Эммой вышли.