Сердце под прицелом

Только зацепились, мой желудок, к хуям, вниз съехал. И пошла по животу горячая судорога, будто прессом накрыло.

Ручное больше не работало. Напряжение доросло до критического. Организм запрашивал полноценное, мать вашу, обслуживание. Чему удивляться? Два с лишним месяца на сухом пайке. Никогда прежде так себя не загонял.

– Разогревала, – спрятав глаза, Люда указала на заставленный едой стол. – Мой руки, садись.

– Я бы и сам… Поздно же, – выдал с отрывом.

Но то, о чем просила, сделал – сполоснул ладони, вытер, прошел к столу.

Библиотека не уходила. Мялась с полотенцем у плиты, явно намереваясь что-то сказать. Намереваясь, но не решаясь.

– Лапша домашняя? – прошил вопросом, чтобы разрядить тишину.

– Да, – уронила, будто без кислорода жила.

– Когда успела?

– Мама приезжала... Натаскала всего… – сообщила сбивчиво. – Ну, как обычно.

Я кивнул.

Метнул в рот кусок сочного мяса, накрутил на зубья вилки моток лапши… Рванул взглядом на жену.

– Что-то случилось? – прямо спросил.

– Нет, нет, – зачастила не совсем типично. – Просто переживала. Почему задержались?

Это ее «переживала» застало врасплох. Подкосило, аж мышцы подсбились. Глубже все и вовсе в узел свело. Почувствовав, как на загривке копится стреляющий по позвоночнику жар, двинул плечами. Резко собрался.

– Объект раскатывали, – отгрузил по итогу сухо. – Вылез нюанс. Подключили взрывотехников. После них додавливали.

– Взрывотехников? – охнула Люда. Поймал беспокойство не только в голосе, но и в глазах.

– Да в целом… – протянул, не зная, как ей ответить. – Бывает.

Склонив голову, вернулся к еде.

– А что за объект?

Прищурился. Раздул ноздри. Губами повел.

– Клуб, – толкнул коротко, не вдаваясь в подробности.

Только она не отстала.

– И что там?

Сжал вилку чуть крепче. Закинул в топку побольше. Прожевал. Запил компотом.

– Группу брали, – буркнул совсем уж неохотно.

– Это опасно? – выдохнула отрывисто.

Я застыл. Залип дольше положенного. После блеска в глазах выцепил дрожащие губы. Крупные, выпуклые, изогнутые… Как маки – всплыло тупое, блядь, сравнение.

Хрипло прочистил глотку.

– Для кого? – спросил низко.

– Для тебя… – вытянула с трудом. Тряслась вся – факт. И полная хрень. – Ты был в опасности?

Пауза.

Тишина хлестнула по брюшине. Без пробития, но с весомыми ударами внутрь.

– Да нет, – отбил тихо.

Опустил взгляд. Быстро доел. Отнес пустую тару в раковину.