Сердце под прицелом

Но…

Вдруг я знала не все?

Господи, да, конечно, не все! Исключительно то, чему научил сам Чернов.

А если он хотел большего? Жестче? Иначе? Что-то запретное?

Не наскучила ли ему моя уступчивость? Мое беспрекословное подчинение? Мое пассивное принятие?

Может, мне нужно как-то активнее проявляться?

Чернов любил ласкать ртом. Я знала, что девушки… тоже делают это... Подобное… Парням… И… Судя по разговорам, которые я когда-то ловила обрывками, парням это очень нравится. Возможно, больше, чем нам.

Но…

Русик не склонял меня… Не просил… А я… Боялась даже представить, что полезу сама.

Но…

Что, если это не прихоть, а необходимость?

Сказал бы муж мне, что ему не хватает оральных ласк?

Или…

Получил на стороне?

Помню, однажды ненароком подслушала, как мама с тетей Ирой обсуждали, что есть мужчины, которые делают «это» только с продажными женщинами, а жен, дескать, берегут.

Господи…

Что, если Руслан думает так же?

При желании у него могла бы быть параллельная жизнь.

Яркая. Безбашенная. Развратная.

Господи…

Я не хотела, чтобы к нему хоть кто-то прикасался. Чтобы он сам кого-то трогал. Даже смотрел на других… Нет! И уж, тем более, чтобы получал с ними какое-то удовольствие.

Внутри все сжалось пружинами. И казалось, что вот-вот это давление дойдет до предела.

Выстрелю? Взорвусь?

Тело так разболелось, что к вечеру пришлось прилечь.

Уснуть не могла, как ни старалась.

Лежала и строила планы, от которых швыряло то в стыд, то в ужас, то в жар волнения.

Сердце билось почти панически, но я приняла решение, что должна сделать «это» для мужа.

Только как?"

"Мысли скакали, как перед экзаменом. Необходимы были детали, инструкция… Но где ж все это откопать? В библиотеке такое точно не предложат.

И ни у кого ведь не спросишь.

Разве что у самого Руса.

Глава 52. Фотография девять на двенадцать…

Качая коляску, то и дело поглядывала в начало аллеи.

«Где эту Маринину носит?» – возмущалась мысленно.

В связи с последними переживаниями довела себя до настолько взведенного состояния, что даже терпение начинало сдавать.

Когда Тоська, наконец, появилась, я тяжело вздохнула и, замерев, будто на паузу встала. Копила силы до новых ресурсозатратных событий.

Что меня поразило в подруге?

Она зыркала по сторонам, словно опасающаяся слежки преступница. Невозможно объяснить, но все ее движения выдавали напряжение. А темные солнцезащитные очки добавляли образу кричащую скрытность.