Седьмая жертва

Всегда нос воротила, всегда выше нас себя считала. Потому и к Тамарке не пришла.

– Погоди, – остановил его Сергей, – не гони волну. Ведь в прошлом году она приходила к Тамарке на день рождения?

– Ну.

– И в позапрошлом?

– Ну.

– И в ваших гулянках всегда участвовала?

– А то как же.

– И вас к себе домой звала?

– Непременно. Вообще-то ты прав, она всегда ходила. А вчера вот не пришла почему-то…

– То-то и оно. Может быть, ей там так плохо, что она встать не может."

"Знаешь, есть такие болезни, когда человек в сознании, а сил нет подняться с кровати.

Или ногу сломала и ходить не может. А может, она вообще сознание потеряла, а мы тут с тобой стоим и ее обсуждаем. Вениамин, ты рожи-то мне не строй, я же знаю, что у тебя ключи есть от этой квартиры. Доставай, не стесняйся.

– Ты что, начальник, – забормотал Бритый, – откуда у меня ключи… Да я никогда…

– Валяй, открывай, – махнул рукой Зарубин. – Я разрешаю. Под мою ответственность.

Насчет «точного знания» он, конечно, блефовал, но зато точное знание характера Вениамина Польникова у Сергея было.

Как только Венька заговорил о том, что Танцорка «брезгует и задается», оперативник понял весь расклад.

Польников считал себя неотразимым внешне и неповторимым в сексуальном плане.

Он до такой степени считал себя Мужчиной с большой буквы, что ежедневно брился утром и вечером, несмотря на насмешки окружающих. Этим и прозвище свое заслужил. Все женщины, по его мнению, должны быть от него без ума, поскольку он обладает настоящим мужским характером и огромной потенцией.

Единственный его недостаток – социальный статус. Статус немного подкачал, что есть, то есть. Но во всем остальном он даст фору кому угодно. Поэтому если женщина его отвергает, несмотря на все имеющиеся достоинства, то причина этому может быть только одна: она задается, ее именно социальный статус Бритого и не устраивает.

Коль Бритый был любовником, или, выражаясь языком милицейских протоколов, сожителем Надьки Танцорки, то он наверняка умеет открывать дверь ее квартиры.

Ключом ли, полученным от самой хозяйки, или маникюрными ножницами – значения не имеет. В данном случае оказались именно ножницы.

– Надь! – крикнул Польников, открывая дверь и делая шаг в прихожую. – Надь, ты дома?

Квартира была пуста.

– Шляется! – со злорадным удовлетворением констатировал Вениамин. – Я так и знал. Такие, как Надька, никогда не болеют. Сволочь тонконогая!

Сергей обошел запущенную донельзя комнату, оглядывая обстановку.