Рыцарь

Ой, поглядите-ка только! Это же — старый фильм о временах королевы Елизаветы! — С этими словами она выключила телевизор, положила панель управления на постель возле Николаса и, зевнув, заявила:

— Да, я, впрочем, вспомнила, что у меня и у самой есть булавки! Но в любом случае большое спасибо, леди Арабелла! Надеюсь, я не слишком вам помешала?!

После этого Дуглесс пришлось стрелой мчаться к двери, потому что Арабелла, растопырив пальцы с длинными, похожими на когти ногтями, готова была уже кинуться на нее.

— Да выключите же вы его! — Дуглесс на это улыбнулась, прошествовала к себе в комнату, и в эту ночь у нее более не было ни малейших проблем со сном!

Утром во время завтрака она встретилась с Ли.

— Знаете, — сказал он, — а я вчера вечером подумал, что вы, быть может, зайдете ко мне. Я собирался почитать вам некоторые письма!

— Вы хотели рассказать мне, кто предал Николаса Стэффорда?

— Хм-м! — только и промычал в ответ Ли, и поэтому сразу после завтрака она потащилась следом за ним в его комнату. Интересно, если он назовет ей имя того клеветника, Николас в ту же минуту вернется в свой шестнадцатый век, что ли?! — думала она.

Однако уже очень скоро она поняла, что побудить Ли что-либо сообщить ей будет немалой проблемой.

— Я вот все старался вспомнить, — говорил между тем Ли. — Скажите-ка, а ваш батюшка не входит в совет попечителей Йельского университета? Быть может, ему было бы интересно ознакомиться с моими находками?

— Ну, конечно же, я с радостью извещу его об этом. Но с особым удовольствием я поведала бы ему о том, кто же все-таки оклеветал лорда Стэффорда!

Подойдя к ней вплотную. Ли сказал:

— Ну, ежели бы вы только согласились сделать небольшой звоночек ему, я, пожалуй, рассказал бы вам об этом!

— Дело в том, — откликнулась она, — что в данный момент мой отец пребывает в дебрях горных лесов Мэна и дозвониться до него нет никакой возможности.

— Ах вот как, — произнес тогда Ли, отворачиваясь от нее, — что ж, тогда, насколько я понимаю, я не могу вам этого сообщить.

— Шантажист вы несчастный! — вскипела Дуглесс, совершенно забывая о последствиях.