Реки не замерзают

— Выходит, теперь я кругом виноват?

— Унывать не надо, — сказал

батюшка, — средство помочь вашему горю есть: это и молитва церковная и домашняя

об упокоении, чтение Псалтири, милостыня. Все в ваших руках.

— Не приучен я к молитве, —

признался Петр Петрович, — да и в церковь-то не больно ходок.

— Лучше поздно, чем

никогда, — улыбнулся батюшка. — Все ваших руках. Если соблаговолите начать,

Господь силами не оставит, тут уж поверьте. Собственно, чем вы лучше ваших

дедов и прадедов, которые имели труд и попечение и о своей душе и о душах своих

умерших близких? Они ведь верили в Бога, крестится зазорным не считали, в храм

ходить не ленились?  Что за затмение нынче нашло на людей.

ни куда! Вражда одна, ненависть, жадность, да разврат. Пропадете без Бога, так

и знайте…

Батюшка ушел в храм, а Петр

Петрович добрел-таки до могилки незабвенного Николая Антоновича и долго

переминался там с ноги на ногу, не зная, как себя следует сейчас вести и что

сказать усопшему. Где-то в глубокой черной ямине хрипел что-то невразумительное

злой голос, заходясь от бессильной ненависти, но Петр Петрович уж не обращал на

него внимания и не боялся, что вдруг не выдержит и пустится в мерзкий пляс.

ты не думай, друг мой Коля, — шептал он, — я бы и прежде не смог, дулся только

от злости пустой, но не стал бы плясать. Что ж я, ирод какой? Ты уж прости

меня, подлеца. Не держи зла…» Петр Петрович изломал в руках стебель сорванного

по дороге полевого цветка, а вспомнив, зачем сорвал, махнул на себя рукой и,

отделив поврежденную часть, осторожно положил уцелевшее на свежий холмик.

спокойно, — думал, шагая в сторону невидимого отсюда храма, — А я за тебя

свечку сейчас поставлю. Батюшка так велел…»

Сороковины выпали на

двадцать четвертое июля. Странное и знаменательное совпадение — ведь именно в

этот день стукнуло Петру Петровичу пятьдесят лет. Дата круглая и значительная,

но не было у него в голове мыслей о веселье. Жене он сказался больным, - мол, к

врачу пойду, - а сам двинул прямиком в Орлецы, в храм Воскресения Христова, ну,

и друга, вестимо, проведать.

праздник — Ольгин день. В храме шла служба, и батюшка как раз читал проповедь.

Говорил он о святой равноапостольной Великой княгине; о том, как из мрака

языческого, с его ненавистью и мщением, вышла она после крещения светлой и

очистившейся, с обновленной душой, не способной уж к творению неправды и

непрощению обид...