Прорвемся, опера!

— Это ты, типа, чистосердечное выбиваешь?

— Ты не понимаешь, — я стал говорить тише. — Несколько отморозков купили у тебя оружие. Скоро они совершат налёт, будут стрелять. Если погибнут люди, ты пойдёшь как соучастник, и срок у тебя будет уже не скромный… Незаконным сбытом не ограничишься. Я притяну тебя, как организатора разбойного нападения. Уедешь надолго.

— Да я-то чё сделал? — возмутился прапор.

— Заткнись и слушай, — продолжал я разговор сквозь зубы. — Второй вариант — ты сейчас даешь полный расклад, когда и кому продавал в последнее время стволы, оказываешь содействие милиции и сотрудничаешь со следствием.

— Да не знаю я, — он заворочался и начал пытаться вставать, но я ему помешал, и прапор опять упал.

По роже было отчётливо видно, что он понял, о ком я говорю.

— Ну, смотри сам, — я отмахнулся.

— Приезжали четыре протокольные рожи на буханке, сопляки совсем, не знаю я их, — торопливо проговорил тогда прапор. — Ко мне по рекомендации приходят, от тех, кого я лично знаю.

— Ну? И кто их к тебе направил? Говори.

— Да знакомый мой, Генка Хромой, давно его знаю, он сказал им продать. Я слыхал, снюхался он с ними, что-то мутят, какое-то дело. Я не хотел им продавать, но он сказал, что сам за ними присмотрит, что всё чин-чинарём будет…

— Адрес давай.

Он продиктовал. Ехать было недалеко.

— Мне надо дальше, — сказал я Якуту. — Не хватает оружия. Кто-то купил. Надо выяснить, пока есть время.

— И что, думаешь, уже скоро пустят в ход? — с сомнением спросил он.

— Могут, — я потёр лоб. Горячий. Надо подумать, как ему намекнуть, не говоря напрямую, откуда знаю. — Вдруг они тоже слышали про оптический завод? Весь город это обсуждает. Представь, что будет, Сергеич, если они туда явятся с этим оружием? Я из-за этого вас и поднял.

— М-м-м, — Якут задумался, после обернулся. — Толик, Васька, везите прапора в отдел, закройте в КПЗ… то есть в ИВС этот, всё не привыкну… А мы с Пашкой скатаемся к этому Хромому. Тебя же Витя звать? — Якут посмотрел на Орлова. — Добросишь их до милиции, а мы сами поедем?

Орлов, немного успокоившись, сидел недалеко от ворот, на лежащем на земле толстом полене, и курил. Услышав вопрос, он кивнул.

— Давайте я лучше с вами, мужики, — предложил Устинов.