Похищенная викингом

Значит, он знал о приезде братьев, именно это тревожило его все это время. Проведенные вместе дни были для него лишь отдыхом, дозволением потешиться с пленницей.

«Интересно, преследовал ли он какую иную цель?» — размышляла Эльфвина, уже зная ответ. Внутри зрел стыд. И ужасное ощущение собственной порочности.

На сборы ушло немного времени. Вскоре от дома, пожалуй, первого, к которому она относилась как к своему, который создавала по частичкам, не осталось и следа. Это дало ей понять, что Торбранд не намерен возвращаться сюда.

Она размышляла и удивлялась, в какой момент из всей вереницы дней, когда он творил чудеса с ее телом, она позволила себе забыть не только о том, кем является, но и кем была для него. Вероятно, всему виной то наслаждение, которое они дарили друг другу. Или весна, или та нежность, с которой Торбранд клал ладонь на ее щеку. Во взгляде темных глаз всегда присутствовало искушение. Поцелуи его были прекрасны. Она касалась губами его шрамов поочередно, слушая короткую историю о том, как на его теле осталась эта отметина.

«Поверь, этот человек больше никогда не возьмет в руки топор!» — выкрикивал он в конце, злобно рыча.

Это было для него самым важным, верно?

Эльфвина доверяла ему. И теперь понимала, что излишне.

Возможно, она все же не такая слабая и глупая, какой ощущала себя сейчас, покидая дом, закутываясь в плащ и бросая последний взгляд на долину. Возможно, такой тихой и мирной жизни, как здесь, у нее уже никогда не будет. Жизни с простыми радостями и заботами: стиркой одежды, приготовлением еды и эля, выпечкой хлеба.

Прошло много времени с той поры, когда Эльфвине предоставлялась возможность проверить, хорошо ли она усвоила, чему ее обучали. К тому же это было совсем не похоже на то, каким оказалось на практике, когда ты одна за все ответственна.