Плохие девочки не плачут. Книга 3

Сладостная эйфория стремительно овладевает жалкими остатками мозга и с мясом вырывает тормозную педаль.

— Теперь не отвертишься! — с наслаждением выношу вердикт.

— Поясни, — искусно изображает недоумение.

— Ты сделал мне предложение, — гордо плюхаюсь на крышку унитаза. — Лора Подольская скоро свяжет себя узами брака, зато Лора Бадовская свободна как ветер. Поэтому не тяни резину, разводись, готовь пышную церемонию — тортик размером с одноэтажный дом, фанфары и фейерверки, отряд голубей, золотую карету…

— Я что-то пропустил? — интересуется вкрадчиво.

— Да, — киваю, продолжая скороговоркой: — Помнишь, ты хотел убить Сильвию? Убивай. Я только «за», подписываю индульгенцию. Ходят слухи, будто на чужом несчастье своего счастья не построить. Забудь. Бред и постная фигня, оправдание для неудачников. Убивай, не парься, чтоб к моему возвращению…

— Тортик, фейерверк, голуби? — кажется, конспектирует.

— Шучу, — закрываю глаза, кусаю губы, сдерживаю истеричный всхлип, отделываюсь рублеными фразами: — Шучу про голубей.

Снова берет паузу, медлит, будто не решаясь на следующую реплику. Тоже не проявляю активности, покорно считаю минуты.

Задыхаюсь от неизвестности. Погибаю под невыносимо тяжким грузом. Безмолвные мгновения отнимают жизнь, лишают энергии, уводят в пустоту.

Капля за каплей. Не воск, не вода. Тишина.

Хочется выразить столь многое. Озвучить получается ничтожно малое.

Диалог, сотканный из противоречий, разрозненных эмоций и пропущенных реплик.

А потом, резко и неожиданно, хриплый голос взрывает тягостное молчание. Прогоняет холод, проникает в кровь, раскаленными иглами вонзается в податливую плоть.

— Everyday, I feel I'm going stronger… Everyday, the nights become longer, (Каждый день я чувствую, что становлюсь сильнее… Каждый день ночи становятся длиннее,) — не просто поёт, окутывает чёрным бархатом.

Боюсь шелохнуться, нарушить состояние невесомости. Охваченная мелкой дрожью, окунаюсь в чистый, ничем не замутненный экстаз.

— Everyday, I wanna prove my love to ya'… Everyday, I wanna make it good to ya', (Каждый день я хочу доказывать свою любовь к тебе… Каждый день я хочу доставлять тебе радость,) — ласкает сердце, рассеивает мрак неизбежности.