Плохие девочки не плачут. Книга 3

Почему у нормальных людей адекватные беседы, а у нас все непременно кувырком и с акробатическими вывертами? Наверное, потому что мы ненормальные.

— Трахаешь и читаешь, читаешь и трахаешь, — осторожно выбираюсь из-под одеяла, набрасываю отельный халат. — Круто разнообразишь досуг.

— Приходится, — терзает загадочным молчанием и осуществляет контрольный выстрел: — Ты далеко, развлечь меня некому.

Замираю на месте, отчаянно пытаюсь успокоить резко сбившийся с привычного ритма пульс. Кровь ударяет по вискам точно молотом, тело слабеет и покрывается испариной, колени банально дрожат и подгибаются.

— Прямо таки некому? — стараюсь звучать насмешливо.

— Абсолютно некому, — раздается уверенное подтверждение.

— Притворюсь, что поверила, — расплываюсь в счастливой улыбке.

На цыпочках устремляюсь к ванной комнате, воровато оглядываюсь назад, всматриваюсь в спящего Дорика, невольного свидетеля, от которого лучше скрыться подальше.

— Хочешь заняться сексом по телефону? — закрываю дверь, уединяюсь, собираюсь устроить развратную провокацию.

— Ты прячешься в туалете? — бесстыдно усмехается.

— Не порти романтику, — краснею. — По каким признакам догадался? Здесь тоже установил камеры?

— Акустика изменилась, — охотно поясняет, прибавляя: — Конечно, стесняешься говорить при будущем супруге, пусть он и не понимает по-русски.

— Проходили мы этих «непонимающих», — фыркаю.

Ничего не отвечает, нагло морозится.

Хозяин — барин. Сейчас отомстим, причем мстя будет страшна. Все согласно законам жанра.

— Полковнику никто не пишет, полковника никто не ждет, — затягиваю громким шепотом, дополняю композицию авторским вымыслом: — Не звонит трижды в день, не убаюкивает порно-сказками на ночь, не целует страстно, не любит врагам назло."

"— Распелась? — не скупится на сарказм.

— Тебя разочаровал «Черный плащ»? — не обессудьте, Одесса обязывает.

— Меня очаровала урна, — елейно произносит фон Вейганд.

— Да, это оригинально, с налетом декаданса, — тут не поспоришь. — И, между прочим, в рамках твоего маньячного образа.

— Забавно, у некоторых народов существовал любопытный обычай: когда умирает муж, жену хоронят вместе с ним, — сообщает невинно, подчеркивая главное: — Хоронят заживо.

Вероятно, стоило испугаться, встрепенуться, чуток напрячься и попереживать. В конце концов, открылось столько неожиданных фактов и обстоятельств. Ну, а серьезные решения не принимаются сгоряча, требуют отдельного осмысления.

Но о чем речь?! Я и осмысление извечные антонимы.