Плохие девочки не плачут. Книга 3

— Пластинку заело? — хамлю.

— Вы должны говорить по-английски, — снисходит до уровня смертных. — Мистер Уилсон не владеет русским.

— В моих краях буржуев мало кто понимает, — не лукавлю. — В чем суть трескотни? Утихни, парниша, я не опозорюсь. Что надо переведу, солдат ребенка не обидит. Ваш Дорик будет в целости и сохранности.

— Отказывается от сладкого?

И ведь знает куда надавить, урод!

— He has kind eyes, (У него добрые глаза,) — бормочу хмуро.

— When did you understand that you’ve fallen in love? (Когда вы поняли, что влюбились?)

Когда он сжал мою ладонь и представился: — Меня зовут Секс.

Черт, перепутала.

— After our kiss, (После нашего поцелуя,) — бросаю отрывисто.

Не знаю, что удручало меня больше — гипотетическая любовь, фактическая необходимость участвовать в спектакле и вдохновенно врать родителям или стремительно надвигающаяся авантюра с частным бизнесом.

Дорик умел расположить к себе тотальной приветливостью, стоически выносил жестокие подколки, позволял ощупывать бугристые мышцы.

Мы сближались, становились парой, делились сокровенным и теряли прежнее стеснение в общении друг с другом. Никакой натянутости, никакого официоза. Мило и по-домашнему.

— It’s his work, (Это его работа,) — оправдывает Андрея и мягко, но настойчиво удерживает меня от мордобоя.

— Let me go! (Пусти!) — рвусь на волю, извиваюсь в тисках бицепсов и трицепсов. — I’ll kill this f*cking bastard! (Убью греб*ного ублюдка!)

— It’s his work, you shouldn’t blame him for… (Это работа, не следует винить его за то, что…)

— For being a bastard?! (Что он ублюдок?!) — возмущению нет предела.

— We’ll repeat that part better and we’ll pass the test tomorrow, (Мы повторим ту часть лучше и пройдем испытание завтра,) — произносит успокаивающим тоном.

— I don’t want to repeat, I don’t want to pass, (Не хочу повторять, не хочу проходить,) — буяню и срываюсь на змеиное шипение: — I want to have a bath in the fountains of his blood. (Хочу в фонтанах его крови купаться.)

— Maybe later? (Может, позже?) — предлагает компромисс.

— Oh, I’ll come back, (О, я вернусь,) — обещаю торжественно. — I’ll cut my beefsteak (Я вырежу свой бифштекс.