Плохие девочки не плачут. Книга 3

— No, I don’t take anything, (Нет, ничего не принимаю,) — говорю машинально, перевожу затуманенный сомнением взор на фон Вейганда и уточняю: — Right? (Верно?)

Вполне способен подмешать в мою еду тяжелые наркотики. Афродизиаком баловался.

— Right, (Верно,) — подтверждает он, подходит ближе и пристально разглядывает экран УЗИ, повернутый ко мне беспристрастным задом.

— Excessive weight loss or weight gain? (Чрезмерная потеря или набор веса?) — интересуется медик.

— Well, I have lost about five or six kilos some time ago and then I gained three or four kilos during the last months, (Ну, я потеряла около пяти-шести килограмм некоторое время назад, и потом набрала три-четыре кило за последние месяцы,) — отвечаю медленно, чувствую, как потихоньку сдают нервы, и не выдерживаю: — Why do you ask these questions? (Почему задаете эти вопросы?) Is anything wrong with the baby? (Что-нибудь не так с ребенком?)

Смотрю то на вновь удивленное лицо фон Вейганда, то на излишне добродушную физиономию врача.

— There is no baby, (Ребенка нет,) — следует заключение.

Холодно и пусто.

Это у меня внутри?

Видимо, показалось, просто послышалось, рядовая галлюцинация.

— You are not pregnant, (Вы не беременны,) — проясняют доступно.

Экран аппарата поворачивают и милостиво предлагают:

— You can see. (Посмотрите.)

Без докторского диплома не разобраться. Сплошная серая подрагивающая масса и помехи. Тщетно пытаюсь отыскать дитя.

— But it is impossible, (Но это невозможно,) — произносит фон Вейганд, так же отчаявшись обнаружить главную улику.

Замолкает ненадолго и выдает абсолютно идиотское замечание:

— Ты солгала?

Издевается, определенно.

Судит по себе, чертов кретин.

Ненавижу.

— Серьезно так считаешь?! — вспышка гнева буквально подбрасывает вверх, вынуждает стиснуть зубы, сдерживая рвущийся наружу вопль раненого животного.

Осознание накатывает тягучей волной, пропитывает плоть болезненной, парализующей пульсацией.

Нереально, не верю, отказываюсь понимать.

Как? Почему?

Вжимаюсь в кушетку, закрываю глаза, теперь свет выглядит чересчур ярким, ослепляет, вызывает мигрень.

— There are many reasons for a late period, (Существует много причин для задержки,) — мягко продолжает врач. — We should make a blood test to check the level of hormones. (Необходимо сделать анализ крови, проверить уровень гормонов.)

— What reasons exactly? (Какие конкретно причины?) — спрашивает фон Вейганд.

До меня доносятся лишь отрывки предложений.