Папина дочка

Стоматология  – это та отрасль медицины, которая всегда будет востребована, а значит, приносить неограниченный доход. Лера посмотрела на фотографию двадцатилетней давности — там был Гриша и его красный кабриолет, сделанный из копейки – и усмехнулась."

"Ей-то было хорошо известно, как падки юные девы на мерзавцев.

Один из таких пошел отвечать на телефонный звонок из клиники, и ей когда-то стоило больших усилий превратить его в приличного человека.

Глава 3.

Маша чувствовала, как к концу дня гудят ноги, но это нисколько не уменьшало радости от возможности быть часть новой социальной группы.

Ей так нравилось находиться в этом аляповатом помещении с его шумом голосов посетителей, детским смехом и ворчанием поваров.

Самый злобный главный повар так и норовил шлепнуть официанток, пробегающих мимо в коротких желтых платьях. За медлительность.

Маша улыбнулась постоянному, печальному клиенту, подавая ему горячий шоколад, подняла взгляд на соседний столик и замерла, не смея даже вдохнуть воздух.

ОН пил кофе и смотрел в окно.

Ничего особенно. Дыши,  - сказала она себе.  - Это просто парень. В следующую секунду просто парень повернул голову, и чашка со стуком опустилась на стол.

Сердце пропустило удар.

Всего секунда, буквально миг жизни, за который даже страницу не перевернешь, но для Маши она показалась вечностью.

В груди вспыхнуло пламя, охватывая все тело буквально до дрожи и окрашивая бледные щеки в розовый цвет.

Парень крупный, спортивный, темноволосый, самый обычный, если бы не странного вида шрам на лбу.

  Простой для многих, Маше он показался самым родным человеком.

Наглая ухмылка стерла волшебство момента.

Она отвернулась и бросилась выполнять свою работу.

В груди неистово билось сердце, дыхание сбилось, а в душе разразилась настоящая буря. Ей вдруг захотелось одновременно рассмеяться, заплакать, танцевать и забиться в угол с любимой книгой.

Таких  она не видела раньше никогда.

Да и где?

Парни в ее школе были прилизанными и одетыми с иголочки, не вызывая даже легкого интереса.

Парень с кофе был больше похож на пирата или волшебника, о которых она так много читала и которых часть видела во сне. У него были заостренные черты лица и нечёсаные волосы.

«Мерзавец», — сказал бы папа. «Хулиган», — усмехнулась бы мама. «Идеальный», — думала сама Маша.

Она снова посмотрела на него, когда шла на кухню, и с неуловимой гордостью увидела, что он тоже не сводит с неё глаз, осматривая с ног до головы, словно оценивая.