Жестокий муж

"Жестокий муж

Любовь Попова

ПРОЛОГ

– Я не буду выходить замуж за это чудовище! Я не буду это надевать! – Бросаю красивый восточный наряд на кровать. – Так ему и передайте!

– Что мне передать?

Крик застревает где-то в горле, весь запал потушен, словно костер струей воды. Становится зябко… Нечем дышать… Один его вопрос, а я уже под облаками. Там, где нет кислорода, там, где мгновенная смерть.

Саид стоит в проеме двери и тяжелым взглядом разглядывает погром, что я устроила, платье, что валяется ненужной тряпкой.

Высокий. Сильный. Мощный. С тяжелым, пронизывающим взглядом. С виду совершенно приличный мужчина. С модной по современным тенденциям стрижкой, короткой щетиной, словно нарисованной на острых скулах… Почти красивый… Бизнесмен. Глава большого, влиятельного семейства.

Но внутри настоящее животное. Без жалости к противнику. Без жалости ко мне. Я струной вытягиваюсь, ногти в ладони втыкаю.

Я не буду бояться, мне нечего бояться.

Он мне никто… Никто…

Но как же все внутри дрожит, стоит ему появиться в поле зрения, просто оказаться в одной комнате.

Легко воевать с драконом, когда его нет рядом, почти невозможно, когда он заживо пожирает тебя своим пламенем.

– Ну, что ты замолчала? Язык проглотила?

– Нет… Нет! Не проглотила. – Прорезается голос. – Я не буду надевать это убожество. Я не буду выходить за тебя, я жить здесь не хочу! Отпусти меня домой…

– Выйди, – говорит он Амине. Та буквально испаряется, оставляя нас наедине.

– Отпусти меня домой! Я не хочу и не буду здесь находиться. У меня съемки… Меня люди ждут! – бросаюсь на него, маленький, бессмысленный прыжок мотылька в лаву. Он тут же обхватывает мои запястья. Сталь, что обжигает кожу. Сила, от которой обязательно останутся синяки.

– Я думал, ты умнее.

– Отпусти, мне больно!

– Ты все еще не поняла, куда попала? Не поняла с кем когда-то связалась? – каждое слово, как стрела, каждый шаг, как вбитый кол в мою нервную систему.

– Я с тобой не связывалась! Ты мне омерзителен! – кричу я ему в лицо и ахаю, когда он хватает меня за горло, перекрывая доступ к кислороду. В глазах пытаюсь найти хоть долю жалости, хоть грамм милосердия, но там лишь тьма, беспроглядная и пустая… Я хватаю ртом воздух, чувствую, как ноги под тяжестью давления подкашиваются, а я опускаюсь на колени. Перед ним.