Ошибка

К счастью, без своей Инессы.

– От кого избавиться? – не поняла я.

Бояринцев усмехнулся:

– От чего. От этой террасы.

– А хозяева ресторана не будут против? – так же машинально спросила я.

– А хозяин я, вот приобрел по случаю.

– Зачем вам еще и ресторан? – не удержалась я.

Впрочем, какое мое дело. Может, у Бояринцева вообще хобби – обзаводиться тем, что ему совершенно не нужно, вроде меня. Он пожал плечами:

– Пока еще не решил. Мне его в счет долга отдали.

Кто бы сомневался. Зачем покупать, если можно отобрать.

Очень на него похоже.

– Пойдем, я тебе покажу, что тут есть.

– Зачем? – вырвалось прежде, чем я успела сообразить, как бы повежливей отказаться.

Странное предложение. И застало меня врасплох. Почему я? Почему именно мне нужно показывать ресторан, бросив в одиночестве блистательную Инессу? Я ведь никто. Фиктивная жена сына, случайно оказавшаяся под рукой. А мне… Прогуливаться по ресторану вместе с Бояринцевым было бы пыткой.

Оставаться с ним наедине теперь было не просто тяжело  – невыносимо.

Не объяснишь же ему, что после всех этих танцев двух акул такой мелкой рыбешке, как я, только и остается, что уплыть в произвольном направлении. Стараясь по возможности сохранить лицо. И самоуважение. И как для меня важно то, чему он не придает никакого значения, – тоже не объяснишь.

– Пойдем, пойдем, – он подхватил меня под руку. Теплые сильные пальцы легли на нежную кожу в сгибе локтя, требовательно сжались. Увлекая меня вперед, по террасе. – Нам нужно очень многое обсудить.

По телу прокатилась волна дрожи… Он был так близко, что я чувствовала его дыхание, скользящее по щеке и шее, и концентрироваться на разговоре стало почти невозможно.  Даже сейчас, когда я знала все и про него, и про себя… Даже сейчас его близость мутила разум, делая меня совершенно безвольной.

– Что, например? – спросила я, облизав пересохшие губы.

Мне совсем ничего не хотелось с ним сейчас обсуждать. И когда-нибудь после тоже. Мне хотелось, чтоб он отпустил мою руку.

И я смогла отодвинуться от него подальше. И прийти хоть немного в себя.

– Например, вот что. Как долго ты будешь от меня бегать?

Бегать? Куда? Если он ядом впитался в кровь, разнесся по телу, не выцарапаешь. Разве от самой себя убежишь? Я промолчала. Но ответ, кажется, и не требовался.

Пройдя через всю террасу, мы шагнули в дверь. Я в панике дернулась, в последний момент пытаясь высвободить локоть: сейчас же все увидят, как мы заходим вдвоем, под ручку.