Охота на охотника

Ты как себя чувствуешь?

Они перешли на «ты» совершенно естественно и Сандерс даже не понимал, почему раньше он держался так отстранено от этого крепкого и надежного, как скала, человека. Он потрогал голову, ощупал липкую массу на виске и над глазом.

— Ничего не помню, — сказал он.

— Когда ты разрубил богомола, он успел достать тебя сбоку, — объяснил Полубой, — кровь я остановил, но голова скоро начнет болеть. У меня есть аптечка, но там осталось только три ампулы амфимина. Потерпишь?

— Потерплю. А что с Лив?

— Ерунда, — откликнулась девушка, — брюхо ободрали.

Разогнуться не могу, а так — порядок.

Полубой достал из кармана банку консервов, вырвал клапан. Они ели по очереди, передавая банку друг другу. Ложка заскребла по дну, Полубой облизал ее и отбросил банку.

— Все ребята, — заявил он, — переходим на подножный корм.

— Тут грибы на стенах, — сказала Лив, — кажется те, которыми питается «Братство Света».

— Лучше не вспоминай, чем они питаются, — попросил Сандерс, — а вода есть?

— Нет, но стены влажные.

Можно пить росу.

— Угу… если через три дня не найдем Керрора, он нас придушит голыми руками после такой диеты.

— Разберемся, — сказал Полубой.

Отдохнув еще несколько минут, они двинулись дальше. Сандерс удивлялся сам себе: какая сила гнала его на поиски Агламбы Керрора? Кажется, в таком положении надо думать только о том, как выжить самому, так нет! Он чувствовал, что пока не найдет пирата и не возьмет его, остановить его сможет только смерть. Русский, что ли, заразил его своим отношением к заданию?"

"Сандерс ковылял, придерживаясь за стены.

Впереди шел Полубой, придерживая Лив за талию и изредка оглядываясь на него. В тоннеле было сыро и мрачно и казалось, что они бредут по бесконечной трубе, и будут так брести до конца жизни, потому что труба никогда не кончится. А может, это не труба, а жизнь? Где-то впереди, невидимая и неслышимая есть цель и ее надо достигнуть, дойти, доползти, хоть ногтями рви землю, а надо! Зубами скрипи и хоть сотри их в порошок, а доберись…

Ноги будто переступали сами собой, и Сандерс уже не придерживался за стены, а, скорее, притормаживал руками, чтобы не упасть лицом вперед — ноги явно не успевали за туловищем.

Полубой снова оглянулся.

— Кажется, куда-то мы выбрались, — сказал он и вдруг нахмурился и остановился.

Сандерс налетел на его монолитную спину и тоже встал.

— В чем дело?

— Хм… — на лице Полубоя внезапно появилась улыбка, — ну, слава Богу, — пробормотал он и двинулся дальше.