Новогодняя диверсия (СИ)

"

"— А-а-а! — Заорал тот и попытался оторвать от лица мехового деспота. Но кот, понимая, что его лишают опоры, начал перебирать лапами, пытаясь закрепиться на завоеванном плацдарме.

— Аспид! Кыш, скотина! Что ж ты наделал? — В комнату забежала Олеся и шибанула рукой по выгнувшейся спине кота, отчего когти вошли еще глубже в лицо незадачливого гостя.

Аспид Спиридонович, услышал голос человека, который ему должен еды, втянул когти и упал к ногам не на шутку поцарапанного Алексея.

— Черт! Да что это за тварь такая?!? Зачем вы ее у себя дома держите? — Фальцетом проорал мужчина, отчего Аспид снова зашипел и залез в большую картонную коробку.

— Он нуждается в уходе. — Упрямо ответила Олеся, шагнула к коробке и, хмуро посмотрев на кота, объявила. — До ужина еще полчаса.

Тот мрачно на нее посмотрел и принялся топтаться в коробке, чтобы улечься. Олеся удовлетворенно кивнула.

— Ой, — она, наконец, поняла, что прибежала в эту комнату в расстегнутой рубашке. — Блин, — быстро застегнула ее и обернулась.

— Да я уже… под впечатлением, — проворчал мужчина, но на кухню отправился.

Олеся сбегала до ванной и достала аптечку. Хлоргексидин у нее был всегда, потому что царапины надо постоянно обеззараживать. Перекись водорода тоже. А вот зеленка в данном случае была бесполезна и томилась в дальнем углу аптечки нераспечатанной.

— Садитесь, — девушка поставила аптечку на стол и подняла правую руку, чтобы помочь гостю, но рука заболела сильнее, поэтому она не стала рисковать. Действовать пришлось в основном левой рукой. — Глаза закройте, — потребовала она.

— Зачем? — Спросил мужчина, автоматически выполнив просьбу. — Ай-аа! — Застонал он, когда на царапины полилась жидкость.

— Потерпите. Это неприятно, конечно, но через неделю большая часть уже сойдет, — принялась объяснять Олеся.

— Знаете, у меня возникает все большее желание забрать этого дикого кота и с предписанием выдать Наумовне. Чтобы он у нее дома жил…. Ай! Как щиплет!

— Как раз Наумовне бедного котика отдавать нельзя. — Олеся промокнула лицо Алексея стерильной салфеткой.

— Бедного? — Возмутился тот.

— Бедного. Наумовна его попросту закормит насмерть. А моя совесть против такого исхода. Я клятву кошачьему богу давала. — Возмутилась девушка.