Няня из Чайноботтам

Зубы вошли в плод почти на половину, на их корнях темнела кровь.

«Как это?! Что? Почему так?»

Мысли Винки путались: Сэмми пытался укусить яблоко, но не смог и в неравной схватке с ним оставил ему два своих зуба?

«Я слышал, что они очень твердые! – подумал Винки. – Чтобы я хоть раз еще облизнулся на яблоко!»

Не решившись прикасаться к опасному плоду, он подошел к кровати, вдел ноги в башмаки, почесал макушку и глянул в окно."

"«И что мне делать? Идти на площадь и занимать пост у бочки? – Его взгляд упал на гамак друга.

– С Сэмми что-то творится… Я должен наконец узнать что. Нет, придется сегодня Сироткам караулить странности без меня».

Винки кивнул своим мыслям и бросился следом за Сэмми. Подвал снова опустел и погрузился в тишину.

Под подушкой остался лежать забытый «шкет»…

…Тремпл-Толл оказался огромным. И хоть многие называли его чуть ли не отдельным городом внутри Габена, до сего дня Винки и не предполагал, какой он в действительности большой.

Прежде маленький работник станции кебов старался не отходить далеко от Чемоданной площади – самое дальнее, куда он захаживал, – это переулок Трокар на востоке (там жил Джаспер), улица Большая Колесная на западе (Мистер Джоунзи порой посылал его в кафе «Кретчлинс» за обедом), улица Файни на севере (как-то там, у ограды парка Элмз, сломался кеб мистера Граппи) и улица Синих Труб на юге (там жил ночной кебмен мистер Портнек).

Винки много раз разглядывал карту Саквояжного района – для того, чтобы однажды стать кебменом, ему нужно было знать, где что находится, но одно дело карта, на которой все казалось близким, и совсем другое – топать своими ногами по улочкам.

В действительности же выяснилось, что главная площадь Саквояжни, Неми-Дрё, где располагалась редакция «Сплетни», находится довольно далеко от вокзала. Следуя за Сэмми, Винки преодолел кажущуюся бесконечной Твидовую улицу и по пути видел даже Дом-с-синей-крышей – жуткое логово тремпл-толльских фликов.

Сэмми слежки не замечал и поначалу вроде как странно себя не вел.

Взяв у окошка редакции кипу свежей «Сплетни», он умостил ее на валик, висевший у него на ремне через плечо, и отправился на свой перекресток. Там он встал и, быстро изучив заголовки на передовице, принялся выкрикивать их, время от времени добавляя: «Покупайте свежую «Сплетню»! Самые громкие новости в городе! Только проверенные сведения!»

То и дело к нему подходили джентльмены и дамы, платили за газету и исчезали в дыму от папиреток и труб проезжающих мимо экипажей.