Няня из Чайноботтам

– Ты, кстати, не видел там старуху, когда поднимался? – спросил толстяк. – Я уже полчаса как отправил ее за газетой – все жду. Не видел – ну и ладно: придется снова стучать по трубе, пока мне не принесут мою газету. Вообще, здесь довольно неплохо, хотя кормят, надо сказать, отвратно. Как будто в одной палате кого-то тошнит, а потом это приносят в другую.

Бэнкс искоса глянул на корзинку, которую Хоппер держал в руке, и здоровяк пояснил:

– Лиззи передала тебе печеные груши.

Бэнкс едва не подскочил в постели.

– Фу! Чего?! Печеные груши?! Как будто мне и так слабо досталось! Ну, ты и удружил, ничего не скажешь. Приволок дрянные груши…

Хоппер хмыкнул.

– Я же тебя хорошо знаю, поэтому принес кое-что еще.

Расстегнув мундир, он достал из-под него коричневый бумажный пакет. Бэнкс угадал содержимое с первого нюха.

– Пирожки Патти Пи!

– С рыбой, – кивнул Хоппер. – Как ты любишь…

Он передал напарнику сверток, тот извлек один из пирожков, и палата наполнилась прогорклым запахом жареного масла и рыбы.

– Ну что там? – спросил Бэнкс, втягивая запах от пирожка с такой страстью, будто пытался втянуть в одну из ноздрей и сам пирожок. – Раскрыл дело?

– С блеском.

– Самокаты?

– Не в этот раз. Гоббин вообще делает вид, будто меня не существует. Странно было бы рассчитывать на повышение, учитывая, что его дом сгорел.

Бэнкс издал горестный вздох и сделал первый укус – утешительный.

– Когда я продрал глаза, меня пытались допытывать, – сказал он, жуя пирожок.

– И правда, напал на след, но не совсем я, а…

Бэнкс округлил глаза.

– Только не говори, что привлек…

– Кенгуриан Бёрджес показал себя наилучшим образом, – хвастливо заявил Хоппер. – Я был во Фли, дрался с матросами, был на арене бойцовых блох, меня пыталась соблазнить кабаретка, я охотился на Удильщика и вообще…

– Эй, по порядку рассказывай!

Подтащив стоявший у стены палаты стул к койке Бэнкса, Хоппер уселся.

– Дай мне один пирожок.

– Еще чего. Эти пирожки мои. Надо было себе купить. Ну, не томи, выкладывай, что я пропустил.

Хоппер откинулся на спинку стула, напустил на себя важный вид и, набрав в легкие побольше воздуха, начал:

– Ты даже не представляешь, какие у меня были приключения.