Няня из Чайноботтам

Ваша благодарность еще не выветрилась?

– Не говорите глупостей, разумеется, не выветрилась. Чем я могу помочь?

Бёрджес перегнулся через стойку и зашептал. Мадам Бджиллинг округлила глаза.

– Что? – недоверчиво спросила она, когда Бёрджес сообщил ей, что ему нужно. – Солти? Ее плач? Записать на пластинку?

– А еще мне понадобится ваш граммофон.

– Вы очень странный человек, Кенгуриан Бёрджес, – сказала хозяйка гостиницы, и Бёрджес пожал плечами.

– Шакара, – выдал он. И правда, что тут еще скажешь…

***

Их было четверо.

Мертвецы лежали среди куч прибитого морем к островку мусора. Одеты были одинаково: пальто, шляпы-котелки, круглые защитные очки и шарфы.

– Проклятье. Я уже вообще ничего не понимаю, – пробормотал Бёрджес.

Когда он только обнаружил их, разбросанных у маяка, в его голове появилась мысль: «Костюмы, как у того чужака из “Старой Девы” – видимо, о них говорил Джоран Финлоу. Это те, кого посылал чужак. Те, кого убил Удильщик…»

Но когда он опустил скрывавший лицо одного из них шарф и снял с мертвеца защитные очки, удивлению его не было предела.

Это был не человек! Ему предстала деревянная кукла, лишенная каких бы то ни было черт: ни рта, ни носа – лишь грубо обточенная болванка с двумя большими пуговицами на месте глаз.

Нащупав дыру на затылке куклы, Бёрджес сунул в нее пальцы – в проломе ничего не было.

Остальные трое тоже оказались куклами. И чужак их посылал за Удильщиком?!

Бёрджес слышал, что в Габене водятся живые куклы, но никогда с ними не сталкивался. Они были большой редкостью.

Глядя на деревянного покойника (Бёрджес не до конца был уверен, что к кукле это слово применимо), его посетило смутное узнавание. Такой же костюм… Свистят пули… А вместо крови летят щепки…

«Дело о Черном Мотыльке? Нет, не может такого быть! Это никак не связано… И все же…»

Провыла штормовая тревога, и Бёрджес сбросил оцепенение.

Выбрав место для ловушки, он установил механизм, присоединил к нему сеть и предельно осторожно поставил в центре граммофон.

Отойдя на несколько шагов, Бёрджес швырнул в граммофон камень. Промазал. Второй брошенный камень ударился о рог граммофона, раздался щелчок, засвистела и сложилась сеть.