Няня из Чайноботтам

– Отец Феннимора был коллекционером чудес, и с самого детства сын ему в этом помогал. Они странствовали по миру, находили чудеса, изучали их, а потом показывали людям.

– У них было что-то вроде театра?

– Что-то вроде. Чудесариум был одновременно и выставкой, и сценой. Он назывался «Миракулус». Вот только люди не понимали того, что показывали в «Миракулус», они боялись – говорили, что это ужасы и кошмары и нет в них ничего чудесного. Видите ли, мистер Бёрджес, существует заблуждение, будто чудо – это нечто хорошее.

Бёрджес почесал подбородок.

– А это не так?

– Разумеется, нет. Чудо – это всего лишь то, что выбивается из естественного хода вещей, – небывалое, невероятное, поразительное. В равной степени оно может быть как прекрасным, так и ужасающим. Настоящие чудеса и без того большая редкость, но так вышло, что прекрасные чудеса в нашем мире встречаются намного реже, чем… другие. Большую часть коллекции господина Рэткоу и его сына составляли темные, пугающие вещи, и посетители называли чудесариум «Мракулусом».

О, как же они боялись, какое отчаяние испытывали, когда им демонстрировали что-то из коллекции. Дурная слава ширилась… А Феннимор и его отец между тем не ставили себе цель кого-то испугать, они просто показывали невероятное. Когда старый господин Рэткоу умер, Феннимор продолжил его дело, но людское непонимание сыграло свою роль. Его дом поджигали, его преследовала полиция, его деятельность объявили вне закона. Это озлобило Феннимора: он считал, что раз люди не хотят видеть чудеса, он все равно будет их им показывать – против воли. «Они должны увидеть, – говорил он. – И они увидят…» Феннимор надел маску, превратил свою жизнь в тайну и сам стал живым чудесариумом. Так появился тот, кого в газетах прозвали Миракулус Мраккс.

В понимании Бёрджеса, все это иначе, как безумием, было и не назвать, но он не стал возражать. Регина продолжала:

– Представление изменило свою суть – на него больше не продавали билеты, а афиши не приглашали – они стали уведомлением: «Трепещите! Завтра в полдень вам будет явлено новое чудо!».

Все знали, когда и где оно будет явлено, полиция всякий раз готовила ловушку, но Феннимора было не остановить – чудеса из экспонатов стали его оружием.

– Значит, все это было просто ради… шоу? Представления? Но ведь было еще кое-что. Ограбления и убийства…

Регина вздохнула.

– Изучение чудес – опыты и исследования – дорогое предприятие. Оно требует денег. А что касается другого… Феннимор никогда не убивал тех, кто не хотел убить его.