Няня из Чайноботтам

Винки ничего интересного в этом не видел, но спорить не стал.

Перехватив поудобнее мешок, Джаспер ступил на причал. Винки, нервно сжимая свои крошечные кулачки, двинулся за ним.

«Это все ради Сэмми, – напомнил он себе. – Мы должны спасти Сэмми и остальных. Я должен быть таким же храбрым, как Джаспер…»

Храбрый Джаспер, шедший чуть впереди, пытался унять колотящееся от страха сердце. Удержать себя в рамках трезвого опасения не удалось.

***"

"Выловленная в канале рыба воняла керосином, а на вкус была, как носок, пропитанный машинным маслом, – и то, что рыбу эту несколько часов вялили на дыму из топки, менее гадкой ее не сделало, лишь добавило скрипучих на зубах угольных песчинок.

Зазвенел колокольчик, и мистер Финлоу оторвался от ужина.

– Треснутая кость! Ну наконец-то!

Поднявшись из-за стола, он подошел к иллюминатору и, открыв его, выглянул наружу.

К скобе под круглой рамой был привязан колокольчик, от языка которого вниз по борту фургона и дальше – в квадратный проем между досками причального настила и под воду – уходила веревка.

Немного выждав, мистер Финлоу взялся за нее и принялся тянуть. Вскоре из канала показался небольшой почтовый ящик. Затащив его в иллюминатор, мистер Финлоу повернул рукоятку, открывая дверцу, и достал из ящика консервную банку, на этикетке которой значилось: «Бобы Прюитта».

Мистер Финлоу хмыкнул: бобами в этой консервной банке и не пахло. Как, впрочем, и в других похожих жестянках, которые он время от времени доставал из своего почтового ящика. На них тоже всегда было написано: «Бобы», но фамилии, с ними соседствовавшие, неизменно отличались. Учитывая, что такие консервные банки появлялись в Саквояжне примерно раз в неделю, любой непосвященный резонно мог бы задаться вопросом: «В Тремпл-Толл что, буквально все промышляют бобами?»

Вытащив из кармана ключ, мистер Финлоу открыл жестянку.

С предвкушением покусывая губу, мистер Финлоу поспешно развернул бумагу, а затем, прочитав то, что на ней было написано, и увидев стоявшее ниже изображение, недоуменно присвистнул.

– Да сожри меня сом! Быть не может!

Листок бумаги из консервной банки представлял собой афишку.