Невеста из гроба

Но едва осознаешь — станет легче'

Король Флин Первый Интийский

«Тайные мемуары величайшего правителя со времён появления государственности».

— Что⁈ — Астаросская моргнула. Взгляд её заметался по сторонам, словно она не слушала меня, а продолжала искать другой выход.

Я схватила её за руку, стараясь не морщиться от неприятных ощущений — кожу в местах прикосновения наших рук неприятно щипало.

— Хватит! Хватит этого беспредела. Ты не одна, — произнесла я. — Ты — это я.

Её взгляд стал беспомощным, глаза заблестели, словно она пыталась не расплакаться.

— Но я… мёртвая… — прошептала она еле слышно, я скорее увидела это по губам, чем услышала.

— Для мёртвой ты очень шустрая, — я нервно рассмеялась. — Бросай свой меч. Поднять успеем.

И я первая отбросила лопату. А потом, когда и меч с лязганьем коснулся каменного пола, взяла обе ладони своего двойника в свои. Покалывание становилось всё нестерпимее, но она не морщилась, так что я не морщилась тоже.

— Мы всё равно рано или поздно снова станем целым, — я смотрела в глаза себя словно в зеркало.

Мои слова заглушил грохот, заставивший замок содрогнуться, а в паре мест отвалилась каменная кладка, явив миру блеск алмазной стены.

— Грузовой портал из дворца! — сказали мы хором, и единый облегчённый вздох вырвался из нашей груди. Я чувствовала, как побаливает грудь у меня там, где вошёл нож.

Нас охватило сияние, но тотчас пропало.

— Ладно, — я нервно хихикнула. — Придётся, видимо, обойтись без спецэффектов.

— Я могу кидать в вас лепестки или запеть, — предложила Наперстянка. Я оглянулась. Мои друзья стояли рядом на этой небольшой площадке вверху лестницы, а сзади напирали прочие студенты. Звояр стоял у подножия, выбирая, по левой или правой лестнице ему подниматься.

Ответить Наперстянке я не успела.

Нас с моей половинкой неудержимо потянуло друг к другу и, без каких-то звуков, вспышек или ещё чего мы стали одним целым. И теперь на мне было это дурацкое старинное платье, которое во многих местах было покрыто застарелой кровью. А под юбкой натирал пояс верности.

Только вот рана на груди стремительно выталкивала что-то живо и бьющееся.