Мое проклятие

Вокруг царила привычная будничная суета. Доносился приглушенный гомон. Кто-то спешил за покупками или уже возвращался, нагруженный ими. Кто-то просто стоял и слушал расположившихся возле сквера уличных музыкантов. И так вдруг захотелось остаться одной. Походить здесь, среди обыкновенных, напоминающих моих соотечественников людей. Послушать музыку с веселыми колокольчиками. Затеряться в этой толпе, где в воздухе витает спокойствие, ощущается привкус острых пряностей, специй и свежей выпечки."

"— Проголодалась? — Савард, видимо, заметил, как я, чуть раздувая ноздри, с наслаждением впитываю окружающие запахи, и по-своему истолковал увиденное.

Даже выяснять не хотелось, что значит «неплохая» в понимании сиятельного, скорее всего — роскошное, пафосно-помпезное заведение. Только для саэров и осчастливленных допуском в святая святых наров, приближенных к высокородным.

Еще раз глубоко вздохнула. Все вокруг было пропитано неповторимым волшебным ароматом корицы и марципана. И я неожиданно для себя выдала:

— Хочу булочку.

— Что? — изумленно вскинул брови мужчина.

Встала и решительно пошла «на запах». В маленький угловой магазинчик, где благоухало свежеиспеченной горячей сдобой так, что вкус ее буквально чувствовался на языке, и где царила дородная улыбчивая розовощекая женщина в белом кружевном переднике.

— Вот, — кивнула на прилавок. — Можно мне это?

Таким растерянным Саварда я еще никогда не видела.

Да и то верно. Вряд ли хоть какая-то из его знакомых высокородных дам предпочла бы плюшку из уличной лавчонки обеду в парадном «Армаре». Ну и ладно. Еще одна причуда в добавление к прочим. На фоне остальных странностей наиды дома Крэаз эта выглядела совершенно невинной.

— Ну так как? — решила стоять на своем до конца.

Мужчина посмотрел на булочку. На меня. Снова на булочку. Пожал плечами. Расплатился, несмотря на все уверения хозяйки, что для нее будет честью просто угостить сопровождающую господина сирру. И я наконец заполучила вожделенное лакомство.

Дошла до лавочки в сквере. Села. Сиятельный задержался на мгновение, точно сомневаясь, но потом все-таки опустился рядом.

Следующая фраза вырвалась сама собой.