Мое проклятие

Лила и Нида тоже угодили на рудники. За халатное отношение к своим должностным обязанностям, как сказали бы на Земле.

Ниора и Динса отлучили от моей особы, отправив в какую-то тьмутаракань гонять расплодившуюся нечисть. Я не понимала, в чем заключалась вина телохранителей, которые вовсе не обязаны были круглосуточно находиться при наиде, особенно в доме, но промолчала.

Кариффу, слава всем богам, вернули назад. И то только потому, как пояснил Савард, что она единственная подходящая кандидатура на роль моей наставницы.

В ее жилах течет та же кровь жриц Проклятой, и старуха заинтересована в сохранении нашей общей тайны не меньше, чем я.

Слушала рассказ о том, как поступили со служанками, телохранителями, наставницей, но слова сиятельного словно скользили мимо. Все мысли занимала светловолосая голубоглазая девчонка в легком, простого кроя платье. Та, которой уже не существовало, хотя тело ее по-прежнему дышало, ело, разговаривало. Даже улыбалось, наверное. Для меня, землянки, судьба Хельмы казалась чудовищной.

Савард, заметив мою тягостную задумчивость и желая, видимо, как-то расшевелить, неожиданно предложил сходить в Хардаис. Не раздумывая, с готовностью согласилась.

Если бы я знала, что нас там ожидает.

* * *Пока собиралась, с сожалением сообразила, что погорячилась. Нам вряд ли удастся погулять спокойно. Только не в столице провинции, которой управлял Крэаз. Очень уж заметной фигурой был сиятельный, слишком многие знали его в лицо.

Все сомнения развеялись в то мгновение, когда мы в сопровождении четырех молчаливых телохранителей покинули резиденцию наместника, куда перенеслись порталом.

Нет, на нас действительно глазели. Но исподволь. Косились украдкой, по возможности стараясь делать это незаметно. И Саварду на самом деле кланялся каждый встречный. Но на почтительном расстоянии, издалека. Приблизиться, а тем более навязать разговор никому и в голову не приходило. Так что мы относительно спокойно, неспешно переговариваясь, дошли до центральной рыночной площади, от которой лучиками в разные стороны растекались прямые широкие улицы и убегали узкие извилистые переулки.

Площадь окружали торговые ряды — белоснежные, словно прилепленные друг к другу дома с низкими полукруглыми массивными арками галерей, занятые многочисленными лавочками и магазинами. А в центре был разбит уютный скверик. С раскидистыми деревьями, дарящими прохладу, цветниками, фонтаном, дорожками, усыпанными разноцветными камушками, и удобными лавочками.