Не вошедшие в рай, или Поющие в терновнике 2

И все же Барбару мучили угрызения совести.

То, как она обошлась с Гарри, было по меньшей мере непорядочно с ее стороны, если не сказать иначе. Подло! Вот верное слово. Ведь он на самом деле сделал для нее много хорошего и доброго в самые трудные для нее минуты. Когда ей было нужно чье-то плечо, на которое она могла бы опереться, Гарри, не задумываясь, подставил свое. Он сделал все, чтобы она ожила.

«О, Господи, что же ты натворила, — беззвучно прошептала Барбара. — Что же ты натворила!..»

Когда они вошли в его квартиру в Провиденсе, Макс широко, по-хозяйски улыбнулся и сказал:

— Добро пожаловать домой, дорогая.

Голос его был таким красивым, что ей приходилось бороться с искушением. Она чувствовала его горячий взгляд, ощупывающий ее лицо и фигуру в молчаливом восхищении. А ей вдруг стало грустно.

— Тоска по твоему благородному обожателю не принесет тебе пользы, любовь моя.

— Не нужно, Макс. Эти слова не делают тебя сильным.

Глаза его потемнели.

— Теперь ты навеки связана со мной.

— Я это прекрасно знаю, — ответила она мрачно.

— Неужели ты хоть чуть-чуть не рада своему

возвращению? — прошептал он срывающимся голосом.

— Наверное, рада. Немножко.

— Если бы ты знала... Если бы ты только знала.

— Знала — что? — нахмурилась Барбара.

— Я знаю то, чего не знаешь ты!

— Что же? — воскликнула она.

Макс закурил и прошелся по небольшой уютной гостиной.

— Выпьешь чего-нибудь?

— Что? — требовательно переспросила девушка. — О чем ты говоришь, Макс? Договаривай, не нужно мучить меня.

— Хорошо, хорошо, дорогая. Я все скажу тебе. Все, что знаю сам.

Он подошел к бару и налил себе в стакан бренди.

— Не тяни, Макс, умоляю тебя!

— О’кей, о’кей. Ты знаешь фамилию Гарри?

— Симпсон, — холодея от недоброго предчувствия, ответила девушка.

— Это фамилия его матери. Она американка. А фамилию его отца ты знаешь?

— Нет, — Барбара зябко поежилась. — А какое это имеет значение?

— Его фамилия — Салотти. Он — итальянец. Сицилиец.

— Ну и что?"

"— Ты ничего не поняла? — прищурился Макс, делая еще один глоток.

— Да, — с облегчением улыбнулась девушка.

— У него юридическая фирма.

— Официально. Фирма — прикрытие. А зарабатывает Джакопо Салотти тем, что убивает людей!

— Как? — спросила Барбара, чувствуя, как ледяной, липкий страх окутывает ее, словно кокон. — Как? Этого не может быть! Ты просто пошутил, Макс.