Наследный принц

Генрих не ответил, тихо хмыкнув.

В общем, не получилось доброй семейной ссоры. Зато в процессе примирения Генрих, кажется, понял, что его так разозлило в сегодняшней истории. «Ты делаешь меня уязвимым», — прошептал он, обнимая жену.

— И что теперь? — Спросила Либуше сонно.

— И ничего. — Генрих ласково погладил рассыпавшуюся по его плечу косу. — Придется научиться быть втройне осторожным.

Следующие дни пролетели почти незаметно. Казалось, ничего не изменилось. Только в приемных принцесс вместо мальчиков-посыльных дежурство несли теперь дюжие молодцы, все, как один, — боевые маги.

Сами принцессы восприняли происходящее по-разному. Либуше по-прежнему не понимала смысл, но ей не оставалось ничего, как доверять Генриху.

Мелисса ходила явно расстроенная, «осадным, как она выразилась, положением. Но соглашалась, что ее Гуннар зря панику поднимать не станет. А вот Агата, казалось, восприняла эту историю совершенно спокойно. Княжне оставалось только дивиться такой выдержке у, в общем-то, куда менее родовитой ровесницы.

Но и удивление скоро прошло, когда Генрих начал вечерами рассказывать кое-какие интересные истории. Например, историю последнего крупного заговора и то, какую роль в нем (а, точнее, в его раскрытии) сыграли Агата и ее семья.

После этих рассказов многое становилось понятным. Например, как дочь простого дружинника, погибшего, к тому же, боги знают когда, смогла стать принцессой. Оказывается, дочь — не дочь, но воспитанница не простого дружинника, а княжьего служивого человека, почти ближника, если мерить вендскими мерками.

Ничего удивительного, что князь предупреждал дочь о «непростой» младшей невестке."

"Либуше было жутко интересно, что из рассказанного отец знал от своих людей, а о чем мог только догадываться. Но тревожить князя из-за такой мелочи было глупо, да и не доверишь бумаге все, что тебе рассказали на ушко в спальне.

К слову о бумагах, разговор с вендским послом получился весьма интересным.

— Где же люди твои, Велимире, за которых ты так просил? — Прищурившись, спросила Либуше, показывая послу им же составленный список.

 — Или они думают, что я за ними гоняться буду и в свиту с поклоном звать?

— Так, вроде, все договорено было? — На первый взгляд могло показаться, что Велимир опешил от такого напора. Но характерный прищур хитрых глаз выдавал, что посол не так уж и удивлен. Скорее, было похоже, что он развлекается.

— Оговорено было, что я присмотрюсь, кого брать, — Довольно жестко отрезала княжна.