Наследный принц

 — Если она еще никому ничего не обещала.

— Тогда спрашивай и пошли обедать. Я велел накрыть для нас в малой столовой. У меня после обеда встреча с магами. И перед отцом отчитаться надо.

* * *Вечером, уставший и злой, Генрих постучался в дверь к жене. Спальня Либуше была ярко освещена, а сама она сидела на кровати, задумчиво разглядывая какой-то альбом.

— Читаешь? — Генрих сел прямо на ковер, опираясь плечами на край постели и откидывая голову, чтобы видеть жену. Та, слегка поколебавшись, осторожно протянула руку, запуская пальцы в короткие темные волосы.

Принц зажмурился, словно довольный кот, принимая ласку.

— Узоры смотрю. — Осмелев, Либуше отложила альбом и, уже не стесняясь, гладила мужа по голове. — Агата поделилась. Ты знал, что она — знатная кружевница?

— Откуда? — Генрих улыбнулся, не открывая глаз. — Нет, то есть я знал, что она рукодельничает. Но оценить качество кружев… Уволь!

— Все хорошо? — Либуше обратила внимание, что муж так и сидит, не пытаясь даже шевелиться. Что же произошло между обедом и ужином?

— Все замечательно.

 — Генрих встряхнулся, поворачиваясь к жене и улыбаясь.

Не рассказывать же девочке, в самом деле, что они только что допоздна разбирались «самым малым» советом, где были допущены ошибки и как они позволили втянуть королевство в пусть и небольшую, но войну. Ведь граф отлично знал, что Люнборг не сможет оставить разбой безнаказанным. Выходит, какие-то козыри в рукаве у него есть.

Иногда Генрих был благодарен судьбе за возможность поучаствовать в Последней войне.

Она не продлилась настолько долго, чтобы молодые принцы успели очерстветь душой, как это часто случается со старыми вояками. Но достаточно, чтобы хорошо понимать, как расплачиваются простые рыцари за решения командиров. И, чтобы там не говорили о «малой жертве» и «меньшем зле», он точно знал, что сегодня послал на смерть несколько десятков человек. Ощущение, надо сказать, было пакостным.

Заметив, что Либуше отложила альбом, Генрих встал и прошелся по комнате, гася лишний свет.

Потом долго, нарочно медленно, раздевался, оттягивая момент, когда придется погасить последнюю свечу. Чуть скосил уголок рта в улыбке, представив, насколько его действе сейчас напоминает поведение Либуше до вчерашней ночи.

Он и сам понимал, насколько это глупо. Но никак не мог сосредоточиться на молодой жене, когда в голове все еще звенели доспехи и тянулись бесчисленные обозы в сторону приграничных гор. К счастью, жена — не любовница, к которой не ходят просто так.