Насильно мил (не) буду

Я даже в бункер зашла сама, великая дурища!

Поднимаюсь наверх, к главной двери, и поднимаю свою железную биту. Что есть силы стучу по ненавистному стеклу. Морщусь от жуткого звука удара, он режет уши – такое ощущение, что скоро оглохну, но мне плевать. Что там говорил отец? Эта дрянь может выдержать очередь из калаша? Проверим, так ли прочна на самом деле.

Превозмогая тошноту и головокружение, я раз в час или два поднимаюсь наверх, проверить, не зажегся ли свет в доме. Не утруждаю себя тем, чтобы затворить ставню, прикрывающую окно в гостиную.

Не знаю, сколько раз я по нему ударила. Тысячу? Кажется, не меньше. Руки ноют, появились мозоли, я очень устала, но оно так и стоит на месте как заколдованное. Видно, отец учел вариант, что я буду пытаться через него выбраться. Обезопасил себя.

В бункере осталось мало целого. При помощи тех же инструментов я разобрала стол. Деревянная столешница была прикручена винтами к железным ножкам.

Впрочем, я нашла им применение.

Не успокаиваюсь, продолжаю долбить в стекло и жду отца. Должен же снаружи хоть когда-то загореться свет, верно? Ну и что, что за три дня этого так и не случилось.

Интересно, как долго человек может прожить без еды? Кажется, придется это выяснить на собственном опыте.

* * *

Захар

Полонский чуть-чуть не дожил, тварь такая… И не выследишь его теперь, не приведет к дочке.

Костерю несостоявшегося тестя на все лады, пока хожу из угла в угол по номеру гостиницы.

Мы с Громовым сняли один номер на двоих. Уже почти сутки находимся в Новосибирске, а толку с этого чуть. Не имеем ни малейшего понятия, где это шизик мог спрятать дочь.

Умельцы агентства «Пандора» уже пробили все, что могли. Имущества за покойным никакого лишнего не значилось, только квартира в Новосибирске да гараж неподалеку. Ни там, ни там Ясмины, понятное дело, не обнаружилось.

У покойного также не имелось никаких родственников, у которых Ясенька могла прятаться.

– Все-таки я думаю, нам надо проверить вариант с Англией, – предлагает Громов.

Разлегся на кровати с планшетом и выдает идеи одна другой хуже."

"Я тоже напрягаю голову. Да что там, мой мозг уже сломался, пытаясь решить головоломку – куда же полковник мог спрятать дочку, при этом не оставив ни одного следа.