Морозов. Книга 3

А потом топором вооружился и другим ломать пошел. И сдается мне, водка играет в этой схеме ключевую роль.

""Да ты настоящий сыщик"", — восхитился Александр. Хитрый старец понял, что на людях я ему отвечать не стану. И решил посоревноваться в сарказме и остроумии.

Денис и Ксения же молчали. Но судя по их лицам, мою мысль уловили.

— Считаешь, что водка притягивает злых духов? — после недолгого молчания уточнил Денис.

Я пожал плечами:

— Может быть дело и не в ней. Но там, где возникало безумие всегда оказывается эта ""Особая"".

Помнишь битые бутылки с остатками зелёных этикеток в том церковном дворе в Салтыковке?

Денис кивнул:

— А ведь что-то такое там было. Только этикетки я не разобрал.

— Я тоже. Помню лишь, что они были зелёными. Ксения, у тебя же та самая камера?

Девушка кивнула. И мы подошли к ней:

— У тебя же осталась та запись, правда? — вкрадчиво уточнил я.

— В самой камере нет, — произнесла девушка, — но если тут есть интернет, то я найду исходники видео в хранилище.

Она принялась искать файл в своем телефоне и вскоре воскликнула:

— Ага, есть.

— Запускай.

Ксения включила запись. Прокрутила ее на нужный момент. И мы внимательно уставились на видео. На экране мелькнул монастырский двор, перевернутый стол, пятна красного… и битое стекло с зелёным крошевом.

— Ага, вот! — крикнул я. — Поставь на паузу.

Девушка послушно остановила запись на крупном плане, где была разбитая бутылка. И остатки зелёной этикетки с куском надписи ""Осо…"".

Денис задумчиво потер ладонью подбородок:

— Вроде она, — неуверенно произнес он.

— Да точно она, — ответил я. — И это уже не кажется мне совпадением.

Разговор прервал звук набата. Братец и Ксения вздрогнули:

— Поменяй звонок, — прошел Денис, зло глядя на меня. — Или клянусь всеми мучениками, я утоплю этот демонический аппарат в ближайшем водоеме.

— Это не мой телефон, — спокойно ответил я. — Кажется, в деревне бьют тревогу.

В этот момент колокол снова гулко ударил. И не сговариваясь, мы бросились к выходу.

Деревня словно ожила. Хлопали двери, скрипели ворота.

На улицы с оружием в руках выбегали люди. И я отметил, что деревня была зажиточной. Почти у всех в руках были новенькие карабины. Паники не было. Видимо, местные уже к такому привыкли. Люди торопливо шли на площадь, словно колокол не бил тревогу, а сообщал о ярмарке. Видимо, для того, чтобы староста распределил их на посты.

— Вот это я понимаю ополчение, — восхищённо протянул Денис, глядя на поток народа.

— Да, кивнул я. — Звони старосте.