Морозов. Книга 3

Плита валялась на боку, но, к счастью, она была электрической, а не газовой. Иначе дом бы могло разнести. Потому как тут было накурено. На грязном линолеуме хозяин тушил окурки."

"— Ой, — вскрикнула Ксения и Денис тотчас оттеснил ее к стене прикрыв собой.

В его ладони вспыхнул огонь. И даже мне стало не по себе. Но никого постороннего в доме не оказалось.

— Я чем-то укололась, — жалобно простонала девушка, припадая на правую ногу.

— Где?

Журналистка оперлась о стену и неловко задрала штанину на лодыжке. Из-под ткани показалась кожа, испачканная красным.

— Чем это ты умудрилась пораниться? — я подтянул сломанное кресло и усадил Ксению на подлокотник.

— Спасибо, — она поморщилась. — Вы занимайтесь своими делами. А я справлюсь с этим.

Девушка принялась закатывать рукава.

— Уверена? — напряженно уточнил князь. — Не хватало нам потом тебя к врачу вести.

— Там сейчас Семеныч, — закатила глаза девушка. — Мне туда совсем не хочется. Это всего лишь царапина, с которой я справлюсь.

Мне так вовсе не казалось.

— Не сморите, а то зайчиков в глаза поймаете, — пошутила она.

Затем встряхнула руками и провела ладонью над своей раной.

Пространство вокруг царапины замерцало, как будто перед нами работал сварочный аппарат. Свет был таким ярким, что пришлось и впрямь прищуриться.

Однако рана прямо на глазах принялась стягиваться. Пока не осталась лишь незначительный порез.

Девушка утерла лоб ладонью и пробормотала:

— Уже не так страшно.

— Так вы целительница, — протянул Денис.

— Лечение ран не самая моя сильная сторона, — как-то сразу напряглась Серова.

Затем вынула из рюкзака пластырь и налепила его поверх ранки.

— И чем ты умудрилась так порезаться? — уточнил брат, меняя тему разговора.

— Вон той штукой.

Мы повернулись и увидели, что на бельевом ящике лежала расколотая бутылка из зеленого стекла. А еще несколько чудом уцелевших стояло рядом у стены.

— А вот это интересно, — пробормотал я. Подошёл к ним и склонился.

Поднял одну и повертел в руке.

— Водка ""Особая"". Меняет восприятие мира. Узнаешь?

Я показал ее Денису. Но тот посмотрел на меня с непониманием. А вот Ксения, которая уже встала на ноги, задумчиво наморщила лобик, словно бы что-то вспоминая:

— Где-то я ее уже видела, — пробормотала она и посветлела — А, да. Не ее ли рекламировали те анархисты из этого нового движения?

Я кивнул:

— Про ""скинуть оковы офисного рабства и сломать систему"". Вот Семёныч и сломал.