Монашка и дракон

Я открыла шкатулку, достала два солида и протянул Фриде:

— Примите это в знак благодарности, пожалуйста.

— Ну что вы, госпожа, я не смею, — забормотала она.

— И все же, возьмите, — я улыбнулась и вложила монеты в ее протянутую, дрожащую ладонь. От чего уж дрожала ее рука — от удивления или жадности, я не знала. Но какое это имело значение? — Вы рядом со мной с самого первого дня, как я здесь поселилась. Спасибо милорду за щедрость, теперь я могу быть щедра с теми, кто был ко мне добр.

— Благодарю, госпожа, тысяча благодарностей, — Фрида проворно засунула монеты за корсаж.

 — Хотите еще чего-нибудь? К воскресенью пекут миндальное печенье, я могу принести…

— Нет, не нужно, — я покачала головой. — Если что-то понадобится, я попрошу.

— Непременно просите, — Фрида вышла, кланяясь на ходу. — Я все-все исполню. Все, что скажете.

Когда она ушла, я вскочила и заметалась по комнате, прижимая к груди шкатулку. Небеса услышали мои молитвы и ответили. Дракон, сам того не зная, дал мне прекрасное средство для побега.

С такими деньгами я смогу добраться до монастыря святой Мазоты и буду принята там благосклонно. Тут я немного остыла и села на постель, все еще не отпуская шкатулку. Опомнись, Виенн. Девица, путешествующая в одиночестве, да еще с таким количеством золота — это сказочная удача для любого, кто жаден до легкой наживы. В чем ты потащишь монеты? В шкатулке?

Воображение тут же нарисовало мне, что может ожидать такую легкомысленную девицу в дороге, и я содрогнулась от ужаса и омерзенья.

Но одновременно с этим появилась и совсем другое воспоминание — лестница, полумрак, дракон обхватывает меня за талию, прижимаясь всем телом…

Я помотала головой, возвращая ясность мысли, и потерла виски. Прочь, прочь! Ты думаешь совсем не о том, что надо, Виенн! Хорошо бы тебе обзавестись спутником… или хотя бы спутницей…

Сначала я подумала о Нантиль — судя по всему, ей не слишком нравится в драконовом замке. Что, если предложить ей и ее отцу сбежать? Мы могли бы путешествовать вместе безбоязненно, и я без сожаления отдала бы им половину своего богатства.

Но вариант почти сразу же был признан негодным. Я ничего не знала о Нантиль и сэре Нимберте. Довериться малознакомым людям? Не предадут ли они меня сразу же своему господину? Откуда мне известно, насколько далеко простирается их вассальная преданность? Нет, Виенн. Если хочешь что-то сделать — сделай это сама, не рассчитывая ни на кого.