Мое жестокое счастье, или Принцессы тоже плачут

А мы пока мать поддержим, не оставим, да и на зоне ему помощь будет. Грихе на кичу нельзя – он здесь нужен.

Эта новая сторона бизнеса мужа стала для Алены еще одним открытием. Оказывается, фраза «Закон что дышло…» жива и прекрасно действует до сих пор.

Они с Мазеем были на суде. Мишке стараниями адвокатов дали что-то около семи лет, и, когда его мать забилась в истерике после оглашения приговора, Ванька подошел к ней, обнял за плечи и что-то зашептал на ухо. Женщина мелко кивала головой, прижимая ко рту носовой платок, а сама все смотрела не на Михаила, сидящего в клетке, а на Алену, замершую на скамье.

"Алена не хотела иметь ничего общего с этой жизнью, но уйти и бросить Григория одного с его болезнью тоже не могла. Будь он здоров и благополучен – и у нее не возникло бы сомнений, но когда все так…

А теперь еще и проблемы на фирме.

Нина Николаевна с внуком благополучно уехали на месяц в Турцию, и Алена смогла заняться делами турфирмы, не отвлекаясь и вникая во все тонкости и хитрости бизнеса. Посвящать в свои планы ни мужа, ни Мазея она не стала… Мазею она доверила крупномасштабную переделку дома, зная, что в этом вопросе надежнее Ваньки никого не найдет, и Мазей с утра до ночи строил из себя прораба.

Три недели спустя, не сказав мужу ни слова, Алена, одетая в строгий темно-синий костюм, уехала в город, взяв с собой Виктора.

– Куда едем, Алена Сергеевна? – поинтересовался водитель Сережа, когда хозяйка уселась в бронированный «Мерседес».

– В «Грачев Трэвел», – заявила она.

Водитель удивился, но счел за благо промолчать, тем более что сидящий на переднем сиденье Боксер как-то странно взглянул в его сторону.

До офиса добрались довольно быстро, на стоянке Алена вышла из машины и решительно направилась в здание. В приемной сидела Лиза, бессменная Гришкина секретарша.