Мое жестокое счастье, или Принцессы тоже плачут

Наконец показался Грачев в сопровождении своих охранников, и Мазей ткнул Вадима в спину:

– Давай, двигай.

Алимов пошел вперед, слыша, как сзади хрипловато заговорил Грачев:

– Ну, что, Ванька, как думаешь, найдем?

– Да не вопрос, братка, – уверенно отозвался Мазей. – Ты посмотри – поселок пустой, никого нет, значит, дом, где кто-то шевелится, – наш.

– Твои слова да Богу в уши, – вздохнул Григорий.

– Гриха, ты только не отчаивайся, мы все сделаем, чтобы мальчишек найти. Я тебе клянусь – никого не пощажу, но близнецов твоих вырву.

У Вадима опять холодок пробежал по спине от тона, которым была сказана последняя фраза. В том, что Мазей сдержит свое слово, он не сомневался и очень не хотел попасть ему под горячую руку. Внезапно идущий рядом с Алимовым Дима схватил его за плечо и развернул лицом к небольшому дому, обшитому вагонкой. Ставни на окнах не были закрыты, а автомобильная колея обрывалась у наглухо запертых высоких ворот.

– Вот оно, – проговорил Мазей, вытянувшись в струнку, точно гончая, почуявшая зайца.

Словно в подтверждение его слов Дима легонько нажал на финку, и ее острие больно впилось в кожу, пропоров куртку и рубаху. Алимов обреченно выдохнул и постучал в ворота. Во дворе стояла тишина, на стук никто не отозвался, и тогда Мазей сам забарабанил по крепким доскам.

– Что надо? – раздался с крыльца неприветливый старушечий голос.

– Бабуля, открой, от Сергея Иваныча я, – заметно волнуясь, проговорил Алимов.

– Что надо, спрашиваю? – повторила бабка.

– Говорю – Сергей Иваныч послал, детишкам питание привез…

Мазей ткнул его в бок и показал большой палец – мол, молодец, талантливо врешь.

– А вот я сейчас гляну, кто пришел и чего принес, – голос принадлежал уже не старой бабке, а молодому мужику.

"Послышались шаги, ворота приоткрылись, и Мазей сразу, не раздумывая, влепил открывшему пулю между глаз. Парень рухнул мешком, раскинув в стороны руки, а Мазей, прикрываясь Алимовым, заскочил во двор, на ходу расстреляв колеса стоящего у гаража джипа. Одно из окон дома со звоном осыпалось, выбитое кем-то изнутри, в образовавшемся проеме показался ствол автомата. Мазей ловко метнулся вправо, увлекая и Алимова.