Меч ислама

Оставалось только отступить и найти другую дорогу к возвышенности, на которой стоял господствовавший над городом Кастеллетто.

Глава IV. КАСТЕЛЛЕТТО

Стоя на балконе, новый дож завершал свою пламенную речь. Воины Просперо в конце концов выбрались из толпы и достигли Соборной площади. Но и тут им пришлось преодолевать сопротивление встречного людского потока. Потом они поднялись по крутой улочке, ведущей к Кампетто, и смогли двигаться свободнее, сохраняя строй и держа копья наперевес. Никто не рискнул бы им помешать.

В Кампетто к ним присоединился еще один из капитанов Просперо, пробиравшийся со своими шестью десятками людей вниз в поисках основных сил. Таким образом, когда Просперо достиг наконец красных стен Кастеллетто, подсвеченных багровыми лучами заходящего солнца, за ним двигался отряд, насчитывавший более двух сотен человек.

Створки ворот распахнулись, и солдаты быстрым шагом вошли внутрь. Люди, бросившиеся им наперерез, когда они проходили мимо домика стражи, были сметены с дороги, словно сухие ветки горным потоком.

Во внутреннем дворике, наполовину уже погруженном в тень, их встретило еще больше вооруженных людей. Вперед вышел командовавший ими офицер из провансальских сил Дориа."

"— Чем могу служить, господин капитан? — прозвучавшее в вопросе почтение было чисто служебным. Провансалец был достаточно осведомлен о том, что творилось в этот день в Генуе, чтобы быть обеспокоенным таким вторжением.

Просперо был краток.

— Вы отдаете Кастеллетто под мое командование. На смуглом лице мужчины отразилось смятение. Потребовалось некоторое время, чтобы он снова смог заговорить.

— При всем моем почтении к вам я не могу этого сделать, господин капитан. Меня назначил сюда мессер Чезаре Фрегозо, и я должен оставаться здесь до тех пор, пока он не отменит приказ.

— Идите, пока я не вышвырнул вас вон.

— Господин капитан, я не могу следовать вашим приказам. Я… Просперо махнул рукой в сторону выстроившихся за ним людей.

— У меня есть для вас убедительные доводы. Злобную гримасу офицера сменила мрачная усмешка.

— А, черт возьми! Если вы перешли на такой тон, то что же остается мне?

— То, что я предлагаю. Это убережет вас от неприятностей.

— Меня — возможно.