Любви больше нет

Как так, Кирсанов, который всегда в тебе души не чаял и взгляда влюблённого не отводил, и с другой бабой пришел.

— Может, просто коллеги?

— Тася! — ужасается она, — коллегам не покупают такие машины. Знаешь сколько она стоила? До фига!

Называет сумму с шестью нолями.

— Без кредитов, без ни хрена. Просто достал кошелек и молча заплатил, а курва эта стояла рядом с таким видом самодовольным, будто она – королева, и весь мир обязан крутиться возле ее ног.

— Сфоткала?

Мнется:

— Да.

— Пришли, пожалуйста.

— Пойдешь с мужем разбираться?

— А как ты думаешь? — надрывно усмехаюсь я, — у меня к нему теперь много вопросов

— Ты погоди. Я тебе сейчас еще фотку документа на покупку скину, — возмущается она, — а то начнет отпираться, юлить. Мол не так все поняла, и вообще это был не я.

Начнет. Не сомневаюсь. Он, похоже, выбрал тактику отпираться до последнего, даже если поймают без проток верхом на бабе говорить, что это не он и его подставили.

— Вот лови! Там все! Не отвертится."

"— Не отвертится, — соглашаюсь, а внутри душа на осколки крошится.

— Он охреневший, этот твой Кирсанов! Просто охреневший. Понимаешь?!

— Понимаю.

Последнее слово уже шепотом и через силу. Подруга затыкается, тяжело дышит в трубку, а потом произносит:

— Прости меня, пожалуйста, Тась. Не смогла я смолчать. Рвет просто.

— Спасибо, Марин. Хорошо, что ты сказала…

— Ты это… не расстраивайся сильно. Не убивайся из-за него. Если на всяких шалав семью променять готов, то и не достоин, чтобы быть рядом с тобой.

Я закрываю глаза:

— Наверное

— Если, что приходи. На ночь, на неделю. На сколько хочешь. Приходи, не стесняйся.

Она отзывчивая и всегда готова поддержать. От этого еще горче:

— Спасибо, Марин. Я позвоню.

Медленно отнимаю телефон от уха. Скольжу им по щеке и ниже. Кладу на стол.

Ну вот и все. Приехали.

Глава 17.2

Кофе я все-таки допиваю. Смотрю в окно на проезжающие мимо машины и пытаюсь найти в себе спелость заглянуть во входящие сообщения.

И страшно оттого, что не справлюсь, не выдержу.

Кофе невкусный. Холодный. И в душе с каждым мигом становится все холоднее.

В какой-то момент я понимаю, что с меня хватит, что тянуть дальше нельзя и порывисто хвастаюсь за телефон, намереваясь сдохнуть здесь и сейчас,

Маринины сообщения идут в мессенджере верхней строкой, и я открываю их, не позволив себе передумать.

Там фотки.