Шерловая искра

— Да зачем вообще трогать замок… — снова спросила тётка, и мне, при всём к ней добром отношении, жгуче захотелось легонько стукнуть её по голове, но… — если есть второй ход.

— Что? — ошалело выдавила я.

— Ну ход из батюшкиной комнаты в библиотеку. Он ведь его когда ещё велел для удобства проложить. Вы что, забыли? — собеседница обеспокоенно заглянула мне в глаза.

— А-а-а! Хо-о-од! — не желая вызвать в ней никаких ненужных опасений, я картинно хлопнула себя ладошкой в лоб, — Ну конечно! Дорогая моя, что бы я без тебя делала.

— Вот-вот! А я и смотрю, что совсем на себя не похожи стали! И взгляд другой, и речи смелые. — обнажая внутренние переживания, чуть не плача призналась она.

— Флита, милая, поверь — от последних врат вернуться и прежним остаться невозможно. — уверенно, добавив голосу немного торжественного пафоса, заявила я, чтобы раз и на всегда закрыть эту скользкую тему.

— Да-а… от последних врат… — эхом протянула та, проникаясь мыслью.

Кажется, поверила.

— И мне очень нужна твоя помощь. Больше здесь опереться не на кого. — продолжила я, поймав её внимательный взгляд, — Ночью пойдём обыскивать библиотеку. Вместе.

— Да, моя ри, а Кора может посторожить и дать знать, если кто проснётся и вздумает побродить по коридорам.

Как только в замке наступила сонная тишина, затихли последние шорохи, две моих подельницы явились в комнату, и мы подались «на дело». Первой в полной темноте кралась Кора, которая знала здесь каждый закуток, каждую выбоинку в полу.

В спальню отца вошли вдвоём, оставив младшего члена команды дежурить «на стрёме». Здесь Флита взяла на себя ведущую роль. На тайной двери, скрытой занавеской из тяжёлой ткани, тоже висел замок. Но помните, моя спутница регулярно протирала здесь пыль? Она знала, где лежит ключ. Впрочем, как оказалось, его особо никто и не прятал.

"Мы шагнули в тёмный проём, и вскоре меня накрыло второе шоковое открытие. Дело в том, что узкий коридорчик, ведущий из комнаты батюшки, оказался неожиданно коротким. Очень скоро мы оказались на открытом балконе замка, опоясывавшего строение по периметру внутреннего двора. Ну то есть, прямо на улице.