Красный вервольф 4 (СИ)

И какой-то бедняга привязан к дереву. Лица не видно с моей стороны, надо бы обойти чуть правее. Только вот подлесок там жиденький, заметить могут. Ладно, потом посмотрю, кого они там поймали. По одежде — не красноармеец и не партизан. Рукав пальто, который с моей стороны видно, очень приличного качества.

Чтобы понять, о чем они болтают, пришлось напрягать и уши, и мозги. Польский на слух, в принципе, понятный, конечно. Но я его все-таки не знаю.

— Это все что ли? — сказал тот, что был с сумкой, отбрасывая ее в сторону.

И подошел к привязанному. Теперь лицо поляка мне было отлично видно. Молодой парень, лет двадцати с небольшим. С длинными подкрученными усами. Вместе с формой эсэсмана смотрелись они совершенно по-идиотски, конечно.

— Эй, ты, говори, где спрятал золото⁈ — следом раздался мерзкий звук удара. И глухой стук, с которым голова бедолаги ударилась о ствол березы.

— Я не понимаю… — сказал пленник по-русски. — Золото? Может быть, вы говорите по немецки?

— Курва! — рявкнул поляк и снова стукнул пленника.

Теперь куда-то под ребра. Тот вскрикнул и закашлялся. — Говори, где спрятал все остальное!

— Парле ву франсе? — простонал пленник. — Я не понимаю, чего вы хотите… Ду ю спик инглиш? Пожалуйста, я не понимаю…

— Да оставь ты эту падаль, — сказал второй, подбирая что-то с земли. — Может у него и нет никакого золота.

— Как же нет, — первый пнул жертву по ноге. Сильно. Что-то хрустнуло. Пленник взвыл. А я сжал зубы, начав закипать. Я еще в самом начале для себя решил, что убивать буду только немцев.

Своих трогать не буду ни при каких обстоятельствах. Но эти… Какие они мне, на хрен, свои? Звери какие-то…

— Ты на одежу его глянь, он же как пан вырядился, — первый снова взялся бить привязанного пленника. Одно слово — один удар. — Говори, курва, где золото спрятал!

— Пожалуйста… — простонал неизвестный по-русски. «А ведь русский для него как раз родной», — вдруг понял я, и рука сама потянулась к пистолету.

— Так может он на одежу все деньги и спустил, — сказал второй, разглядывая вязаный свитер с налипшими на него жухлыми листочками.

 — Ты жаловался, что холодно, вот возьми себе полуперденчик. Кончай его, и пошли уже отсюда.

— Нет, он мне скажет! — первый пшек ухватил жертву за грудки. — Говори, курва, куда золото зашил!

— Да нет у него золота, мы все обыскали.

— А я говорю, есть! Я нюхом чую заначки! Готов, что угодно заложить на то, что этот пижон в какой-то из вещей тайник зашил. А у нас нет времени все швы отковыривать и проверять.