Толмач

Да и некому мне рассказывать, – вздохнул парень, про себя прикидывая, надо ли дяде знать об этом деле.

Раз уж жандармы взялись разрабатывать какого-то гуся при дворе, значит, наследил он серьезно. И влезать в такое дело дядюшке лучше не стоит. Хотя, с другой стороны, оказаться в курсе такого дела это серьезный козырь. Ведь в письме, которое парень перевел, было сказано, что отправитель его будет в Москве через месяц от даты отправления. Оставалось понять, кому именно то письмо было отправлено и у кого жандармы его увели.

Впрочем, это уже задачка для синемундирников. Не ему в такие дела влезать. Особенно если вспомнить, что на данном этапе он просто недоросль, как тут принято называть подростков. Шестнадцать в этом времени не возраст. В лучшем случае юнкер, если учишься в военном училище. Так что остается только поставить дядю в известность о текущем деле и аккуратно посоветовать не влезать в него никаким боком. Что называется, целее будет. С этой мыслью он попрощался с полковником и, поднявшись, отправился домой.

"Дед встретил его на крыльце. Стоя на солнышке, старик довольно щурился, явно получая удовольствие от окружающей обстановки. Увидев подкатившую карету, дед улыбнулся и, дождавшись, когда парень поднимется на крыльцо, негромко спросил:

– Чего там от тебя опять жандармы хотели?

– Особо тайное письмо перевести надо было, – отмахнулся Егор. – Я тут подумал, может, о нем дяде Игнату отписать? – поинтересовался он, решив посоветоваться с мудрым человеком.

– Тайное, говоришь? – озадачился дед.

– Угу, – коротко кивнул парень.

– Не надо, – помолчав, качнул старик головой. – Раз тем делом жандармы занимаются, да еще и с такой тайной, лучше им под ногами не мешаться. Еще, чего доброго, помешаем, беды не оберемся.

– Добро. Тогда промолчу, – вздохнув, кивнул Егор.

* * *Спустя два дня Егор, уже готовясь ко сну, вдруг неожиданно понял, что спать не хочется совсем. Словно и не ночь на дворе, а светлый день. И это при том, что сам день прошел весьма насыщенно.

Его деятельная натура подобное чтиво просто не воспринимала. Так что, погасив свечу, парень присел на подоконник и, опустив подбородок на согнутое колено, принялся размышлять, что можно изменить в жизни своей и окружающих.