Индульгенция 3. Без права на смерть

А Танька, например, и ущипнула бы, и трусики с нее стащила, чтобы, значит, друг получил удовольствие, прежде чем получил по морде. Ну, хотя бы от вида.

— Ой, там, кажется, кого-то бьют? — перебила она меня. — Нехорошо это. Вмешаемся?

Посмотрев в нужную сторону, я увидел интересную картину…

Глава 19

Глава 19

— Ой, там, кажется, кого-то бьют? — перебила она меня. — Нехорошо это. Вмешаемся?

Посмотрев в нужную сторону, я увидел интересную картину — трое светлых, не стесняясь собаки, обсыкающей рядом стоящий куст, били четвертого светлого ногами.

Так, без огонька — чисто для профилактики, учили его жизни, как мне показалось. Очкарик орал, матерился и прикрывал голову, всем своим видом показывая, что учеба не идет ему впрок. А я то признаюсь думал, что таким нравится учится…

— Спасем? — проявила несвойственную ей жалость Настя.

— Еще чего, — отвернулся я. — Помоги себе сам — вот девиз академии.

— Но его же бьют!!!

— Значит, так надо. Вот спасем мы его, а вместе с тем возьмем на себя все его проблемы — мы ж в ответе за тех, кого приручили.

И этот лузер будет тянуть нас на дно своими дохлыми кондициями. И нам из-за него придется влезть в конфликт со светлыми. Так-то я не против надрать им зад, но должна быть веская причина для этого.

— Или интересная, — вмешалась в разговор Танька, профессионально оценивая удары этих молодчиков.

— Или так, — согласился я. — Вот если бы светлые пинали темного, я бы влез. А так — свои собаки грызутся, чужая не лезь.

— Но ты же говорил, что мы будем принимать к Мранным светлых.

— Конечно. Но сильных духом и телом. Ботаники-заучки, не могущие прибежать десять километров по пересеченной местности с грузом за плечами, мимо.

— А ты можешь?

— Я и больше могу. Но не буду. Потому как не княжеское это дело — бегать. А вот ты побежишь, потому как сиськи у тебя есть, а вот есть ли сила в ногах — большой вопрос. И остальные тоже — халявы никому не будет.

— Ох, и грозен ты, царь батюшка, -пошутила она.

— Я есть царь!!! — грозно нахмурив брови, я сделал максимально суровое лицо и бахнул эфиром в небо.

— Первачи совсем оборзели. Уже магией вне полигона балуются, — двое из ларца, одинаковых в одежде, как выскочили, как выпрыгнули из кустов!

А меня паранойя и рефлексы. Поэтому тут же улетели обратно от моего Серого удара по яйцам. Визжали как сучки, честное слово.

— Не убил? — равнодушно спросила Танька.

— Вроде нет. Но если что, Гиви поднимет и скажет, что они такими и были.