Братва

Но место управляющего баром занято. Пойдешь сюда, в «Кент»?

– Швейцаром? – вскинул Фунт взгляд, совсем по-молодому блеснувший веселым озорством.

– Почти угадал. Управляющим."

"– Подписываюсь! – важно кивнул Фунт, менявшийся буквально на глазах.

Только что сгорбленная спина его выпрямилась, плохо выбритый подбородок поднялся, открывая застарелый косой шрам на старчески дряблой шее.

– Но у нас заведен порядок. Коли работаешь в гостинице, то и живешь в ней. Восьмой номер как раз свободен. Ключи от квартиры Цыпе отдашь.

Он туда девочку для спецклиентуры поселит. Лады? Он же и новые твои обязанности объяснит.

Заметно воспрянувший духом Петрович долго благодарно жал мне руку на прощанье. На восьмом десятке, видно, стал не в меру чувствителен, бродяга.

Когда за Фунтом закрылась дверь, я послонялся для разминки по банкетному залу, решая, то ли заказать обед сюда, то ли не ломать традиции и отправиться в клуб «У Мари».

Нарушив ленивый ход моих кулинарных мыслей, нарисовался Цыпа, держа в руках комнатные тапочки.

– Михалыч, переобуйся на полчасика. На экране почему-то сигналы радиомаяков не отражаются. Еще вчера заметил, – отвечая на мой немой вопрос, попросил телохранитель. – Я твои сапоги специалисту дам поглядеть.

– А смотреть уже нечего. Один твой дурацкий маяк я выкинул – батарейка негодная была. Второй, ясно, такой же.

Цыпа явно хотел высказаться насчет моей вопиющей нерачительности, но благоразумно сдержался. Лишь буркнул:

– Все одно, давай, Михалыч, сапоги.

Новый маяк поставлю и электропитание заменю.

Зная его чисто ослиное упрямство, спорить не стал и переобулся. Телохранитель тут же скрылся, торжественно унося в качестве трофея мои австрийские сапоги.

Ну, что ж. Нет худа без добра, как говорится. По крайней мере, не надо теперь ломать голову, где обедать. В тапочках, к тому же сильно смахивающих на женские, в клуб, понятно, не поедешь.

Из семи смертных грехов один-то я верняк никогда не совершал. Это чревоугодие. Просто желания большого не было.

Чтобы и дальше иметь обоснованный повод считать себя не до конца безнравственным человеком, заказал весьма скромный обед всего из трех блюд. А на десерт, как уже давно вошло в привычку, – маленький тортик-мороженое. Запил все это нехитрое дело бутылкой сухого мартини. Крепкие алкогольные напитки я стараюсь в дневное время вообще не употреблять. По мере возможности, конечно.

Только закончил трапезничать, как появился Цыпа с моей импортной обувкой.