Братва

"

"Весеннее солнце сегодня пекло вовсю, старательно подготавливая приход своего босса – лета. Я опустил боковое стекло, впуская в салон свежий воздух, пахнущий сырой землей и проклюнувшимися на деревьях смоляными почками. «БМВ», мигнув подфарниками, свернула с центральной улицы в какой-то переулок и остановилась у старинного двухэтажного особнячка с декоративными алебастровыми колоннами. На крохотной автостоянке у дома еле-еле нашлось свободное место для нашего «Мерседеса».

Шатуновская троица уже скрылась в парадном, видно, поспешая возвестить о приезде гостей в количестве четырех индивидов с подозрительно оттопыривающимися левыми локтями.

Особняк имел просторный холл с красно-коричневым паркетным полом. Игнорируя дневное время суток, под потолком ярко горела торжественная хрустальная люстра со множеством сосулькообразных висюлек, мелодично позванивающих каждый раз, когда мимо дома проезжала машина.

В низких креслах у настоящего камина сидело человек восемь мужского пола.

С кресла поднялся средних лет мужик с короткой боксерской стрижкой, одетый по-домашнему в темно-бордовый спортивный костюм с разлапистым белым орлом на груди.

– Рад знакомству, уважаемый Евгений Михайлович, – радушно оскалился он, безошибочно протягивал руку мне. – Благодарю, что нашел время для встречи с моей скромной особой.

– А что, если нам сразу перейти к делу, – предложил я, адекватно отвечая на его цепко-сильное рукопожатие.

– Желание гостя – закон! – усмехнулся хозяин дома. – Пройдем наверх, Монах, потолкуем. Свиту свою здесь тормозни. Она не понадобится. Или опасаешься чего?

После таких слов мне не оставалось ничего другого, как последовать за Шатуном по широкой лестнице на второй этаж, подав Цыпе знак, чтоб не сопровождал.

Второй этаж особняка выглядел еще более солидно. Коридор был застелен роскошными ковровыми дорожками, на стенах висели, радуя глаз, картины в тяжелых золоченых рамах. В основном уральские пейзажи, насколько я успел рассмотреть.

Шатун толкнул одну из боковых дверей и вежливо посторонился, пропуская меня вперед. «Гостеприимство из него так и хлещет!» – настораживаясь, мысленно отметил я, входя в комнату, оказавшуюся кабинетом.