И вкус тьмы на губах

Церемония всего лишь формальность. Он и привел меня к скрытым вратам, когда на тебя напали.

Гад зубоскалил, гад веселился… Мой любимый, ненаглядный гад!

– Я чувствовала, что с браслетом не все чисто, но не думала…

Договорить Рэм не позволил – поцеловал.

И я забыла обо всем на свете. Чувственный поцелуй кружил голову, лихорадил тело. Рэм, ох, Рэм… Его жадные губы, его чуткие руки… Как же мне не хватало моего кромешника!

– Мы не успели! Сбежав, Рэм сделал все сам!

Возмущенный голос выдернул меня из сладкого забытья, полного нежности.

– Кому-то тренироваться больше надо, – ворчливо отозвался Виктрэм, нехотя оторвавшись от моих губ.

– Эй, ты, отойди от моей сестры! Виола, не целуйся с ним!

Виктрэм выпустил меня из объятий, позволяя оглядеться.

Здесь были все: и принц Валиант, наверное, с половиной ордена Кромешной, и знакомые оборотни из клана лорда Тоджилеса, и мой брат, крепко держащий за шиворот Цветкова. Да, тут были все, и смотрели они на нас!

Я спрятала пылающее смущением лицо на груди любимого и виновато прошептала:

– Болес, я тебе потом все объясню.

– Ягодка, потом будет поздно, – весело возразил Виктрэм. – Я муж вашей сестры, Виктрэм Глау.

– Какой еще муж? Да еще из семейки Глау?!

Долго возмущаться брату не дали: заполнившие зал кромешники занялись бесчувственными близнецами и предателем.

Звучали четкие приказы принца. Кто-то из оборотней шутил. Кто-то расспрашивал о чем-то Виктрэма.

Я уже не вслушивалась. На меня навалилась усталость. Я была в безопасности, в надежных объятиях любимого мужчины.

– Виновен! – без сомнений произнес принц Валиант.

В какой-то момент Виктрэму стало жаль кузена: тот слушал обвинения и нахально улыбался, веря, что его пощадят.

Все верно. Тьма примет, если отказался Свет. Утешит и укроет. Тьма поймет и подарит шанс исправиться.

Кронпринц перевел взгляд на бородатого кромешника в синей латорийской форме, лорда-хранителя приграничного града Вьюга, могучего, как скала, и сурового, как его топор.

– Виновен, – без колебаний произнес Эйден Фрост Андивир.

Тьма притягательна. Тьма – искусительница. Тьма умеет хранить секреты, ей можно доверить самое сокровенное.

– Виновен, – произнес Микель Орм, знавший обоих Глау с детства.

Тьма читает в душах людей, ее не обмануть показным раскаянием.

Вспоминая, как кузен хотел утопить Виолу во тьме, Виктрэм твердо произнес:

– Виновен.

Тьма любит силу и снисходительна к слабости.