Грех во спасение

Они уже видели, как при каждом ударе кайла по камню из-под него выскакивали искры, и слышали, как изредка переговариваются между собой каторжники."

"Но стоило им достичь желанной цели, как удары по камням моментально прекратились, и тут же сверху спустилась деревянная лестница. Ни секунды не раздумывая, Маша вскарабкалась по длинному, составленному из двух частей шаткому сооружению вверх на возвышение, и в следующее мгновение ее окружили какие-то страшные, изможденные люди в рваных рубахах, из-под которых виднелось голое грязное тело.

Громыхая ножными кандалами, они весело скалились беззубыми ртами, что-то кричали ей, но Маша ничего не слышала. Ее взгляд скользил по этим возбужденным лицам, открытым ртам, лихорадочно блестящим глазам. Чья-то безобразная физиономия приблизилась к ней вплотную, и грязная рука со скрюченными пальцами попыталась ущипнуть ее за щеку. Маша испуганно вскрикнула и отшатнулась назад: у этого человека были вырваны ноздри, располосована на две части нижняя губа. От него несло нестерпимой вонью, как и от прочих окруживших ее каторжников. Господи, ну где же Митя? Куда он подевался? Внезапно она различила громкую ругань внизу, там, где остался Антон, попыталась вернуться к лестнице и с ужасом поняла, что кто-то успел ее сбросить вниз.

Тем временем кольцо дурно пахнущих, возбужденных людей смыкалось вокруг нее все теснее, кто-то потянул с нее полушубок, чьи-то цепкие руки сорвали с ее головы шаль.

– Господа, господа, что вы делаете?! – закричала Маша в отчаянии. – Я ищу своего жениха Дмитрия Гагаринова! Передайте ему, что пришла его невеста!

Вокруг вмиг воцарилась тишина, и даже внизу смолкла ругань и прекратилась возня.

Жадные лапы отпустили ее, и каторжники молча, как по команде, отступили на несколько шагов назад. Они по-прежнему угрюмо смотрели на нее, но попыток напасть больше не предпринимали, и Маша решилась повторить свою просьбу:

– Господа, передайте моему жениху, что его невеста хочет увидеться с ним!

Из толпы каторжников выдвинулся высокий худой старик, возможно, он только показался Маше старым из-за царящего в подземелье сумрака, во всяком случае, голос у него хотя и с легкой хрипотцой, простуженный, но звучал довольно молодо.

Он подошел к Маше, внимательно осмотрел ее и произнес:

– Нет тут вашего жениха, барышня. Они в другой штольне работают, дальше по горе. Он ведь из государственных...

– А кто же вы тогда? – Маша взглянула с недоумением на окруживших ее людей и вновь перевела взгляд на старика.