Горькая полынь моей памяти

– Тебе к доктору надо, он тебе зелёнкой помажет ранку, мама подует и больно не будет. Давай, я подую, – облокотилась на мужчину и начала усиленно дуть.

– Дамы, – отозвался Юнусов. – Даже дочь героя Серафима понимает, что мне нужен врач. Не могли бы вы?..

– Ай, – взвизгнула Карима, бросив ещё один ошарашенный взгляд на малышку, и рванула в прихожую, где оставила телефон.

Глава 49

Дамир. Наши дни. Южное побережье

Дамир вышел из терминала аэропорта в шесть утра. В лицо ударил привычный порывистый ветер с каплями дождя и запах моря.

Голова немного кружилась, накатывала усталость, чувство голода. В доме родителей кусок не лез в горло, обслуживание в лоукостере предоставляло лишь минеральную воду, купленный в ожидании самолёта сэндвич пах плесенью и немытыми руками. Грязью, в которую по собственной воле снова опустился Дамир.

Он обещал себе никогда не возвращаться к событиям того года, прятался за личиной благополучия, заталкивая выскакивающие, как балерина из шкатулки, воспоминания, с хрустальным, навязчивым звуком.

Поставил точку, перешагнул лужу с миазмами, сделал всё для того, чтобы вернуться на исходную позицию.

Эля… Эля… Эля. Эля!

Арслан Файзулин собрал спортивную сумку и отправился восвояси. Зарима глазом не моргнула, закрывая за мужем дверь. Дамир не видел смысла сейчас, спустя годы, в принципиальной позиции матери, но знал наверняка – для того, чтобы отец нашёл дорогу домой, понадобится времени не меньше.

Что совершил отец? Сделал тест ДНК, в котором никто не нуждался, получил незаконным путём, когда не смог купить судебное решение.

Навстречу пошёл заведующий – отделение нуждалось в оборудовании, благотворительная помощь пришлась как нельзя кстати – позволил взять биоматериал для обследования. Стоила ли сраная бумага жертв? В глазах Арслана Файзулина – да. Гарантия спокойствия жены, возможность заткнуть раз и навсегда досужие домыслы, жажда вычеркнуть из жизни сына неугодную женщину, позорившую Дамира и всю семью. Как итог – потерял собственную семью.

Пошёл бы сам Дамир на подобное? Приходилось признаться себе – чтобы оградить свою жену, детей от действительной или мнимой опасности, он пошёл бы на что угодно.

И здравый смысл здесь не советчик."

"Впрочем, какую опасность могла представлять девятнадцатилетняя девушка, не имеющая представления об элементарных, для окружения Дамира, вещах? Не разбирающаяся в жизни, не представляющая последствий своих и чужих поступков. Глупой. Какой же бесяче глупой она была!

И он.