Гонки на выживание

«Свой своих не познаша»!

— Нельзя, — замотал головой Голубков. — Там наверняка сейчас всюду люди Курцевского. Завалим все. И свою операцию, и вашу.

— Но экипаж-то самолета наш, понимаешь? Они включены в схему операции.

Откинувшись на сиденья и закрыв глаза, нервно шевеля губами, Голубков мучительно искал выход из сложившейся ситуации. Разобщенность и несогласованность работы спецслужб, кажется, загубила все дело.

Никакого выхода не находилось. И Голубков чувствовал, что сердце сейчас разорвется в груди, как граната.

— К черту аэродром! — крикнул Макарычев. — Единственный шанс — через наш канал ФСБ связаться с оперативным дежурным главного штаба ВВС и военно-транспортной авиации. Передать на борт, чтобы сымитировали критическую неисправность — отказ двигателя, отказ управления — что угодно. Пусть идут, как будто на вынужденную, на любую точку по маршруту, где только может сесть «Руслан». А уж там, на земле, как Бог даст. Другого выхода просто нет.

— Ладно, — сказал Голубков. — Связывайся с дежурным. А я пока доложу своему начальству.

Константин Дмитриевич вытащил из внутреннего кармана подполковничьего кителя мобильный телефон спецсвязи. Нифонтов тут же снял трубку. Полковник Голубков кратко обрисовал положение.

— А-а, черт! — воскликнул Нифонтов. — Ваши действия?

Голубков ответил. Нифонтов молчал с минуту. Потом сказал:

— Ну, хорошо, согласен. Только бы не опоздать. В это же время Макарычев по горячему каналу связи соединился с оперативным дежурным главного штаба Военно-воздушных Сил и потребовал напрямую соединить его с «Русланом» — бортовой номер 48‑220.

— Сейчас узнаю, — отозвался дежурный.

Вновь потянулись минуты ожидания.

Наконец сквозь треск помех донеслось:

— Борт сорок восемь — двести двадцать не отвечает. Связь потеряна… Оба полковника молча глядели друг на друга остановившимися от ужасного известия глазами.

* * *"

"…""Руслан"" летел наобум, без связи с землей, рискуя в любую секунду столкнуться с другим самолетом — вся надежда была только на военных и гражданских диспетчеров службы воздушного движения — они могли по своим локаторам развести их с воздушными судами на встречных курсах… И летчики и Пастух отлично понимали — что значит оказаться в таком положении в ночном небе.

В это время в грузовом отсеке внезапно послышались оглушительные удары и треск дерева.