Жена проклятого князя

К его, Андре, даме!

Андре вскочил одновременно с ней, оттолкнул кого-то с дороги, отдавил кому-то ногу и был уже почти рядом, когда она выплеснула воду из вазы в лицо толстому борову, отшатнулась, запуталась в юбке…

Он успел! Слава Небесам, он успел подхватить ее. Не дал упасть. И едва заставил себя разжать руки и опустить ее на пол. Сейчас, когда она была совсем рядом, дарила ему свое тепло и пахла чем-то свежим, нежным и немного пряным, Андре напрочь забыл все причины, мешающие ему… им… Нет, не надо целовать ее прямо сейчас.

– Прошу прощения, мадемуазель, – сказал Андре, заставляя себя отступить на полшага. – Этот мсье забыл, чем отличается благородный шевалье от свиньи под забором.

– Ах ты, подлый грязный смерд! – заорал боров, неуклюже пытаясь подняться.

На сей раз в глазах не темнело, напротив – прояснилось. Уже знакомая холодная ярость поднялась, захлестнула Андре с головой, и он одним точным движением отодвинул незнакомку себе за спину, а следующим – сломал борову нос.

"Ему безумно хотелось добавить к удару заклинание, превращающее нос в свинское рыло, но он вовремя вспомнил, что некромантов нынче не жалуют даже в просвещенном Испалисе.

– Так ему и надо, свинье! – взвизгнула какая-то девица и запустила в борова маринованным помидором.

Андре поморщился. Ох уж эта чернь! Везде и всегда одинакова.

– Эй, вынесите свинью под забор, – распорядился он. – А вы, господа, отойдите.

Толпа послушалась. Частично. Тут же прибежал владелец заведения, принялся извиняться. Андре не слишком понимал, что он там лепечет, его больше интересовала безопасность незнакомки. Она явно пришла сюда одна, без защитника и покровителя. И что-то подсказывало Андре, что оставить ее сейчас будет неправильным… Впрочем, он совершенно не хотел ее оставлять. Он хотел, чтобы она забыла о назойливом трактирщике и обернулась к нему.

И совершенно не был готов к тому, что она это сделает – а он сам…

А он сам утонет. Вот так просто утонет в бездне ее глаз, едва различимо поблескивающих под вуалью. Отравится розовым ядом ее губ, что-то говорящих, но ему казалось – она целует его, касается жарко и нежно, разливая отраву по всему его телу…

Не соображая толком, что и зачем делает, он шагнул к ней, оказавшись почти вплотную, чувствуя ее тепло, слыша биение ее сердца.