Волынская мадонна

Его автомат отлетел в сторону."

"Тут в пространстве вдруг материализовался бородатый демон с воспаленными глазами и клочками растительности на щеках. Он в ярости бросился на майора, не замечая, как из пробитого лба выплескивается кровь.

Шелест тоже запыхался. Ноги еле держали его, отскочить он не успел. В последний момент дернулся автомат в руке Стаса, выплюнул все патроны, которые оставались в магазине.

Две пули попали в грудь боевика. Но того это мало впечатлило. В нем кипела ярость. Он сбил майора с ног, схватил за горло.

Нет уж, хрен тебе! Покойникам не пристало драться. Шелест оторвал от себя пальцы, сведенные судорогой, сбросил тушу. Боевик колотился в конвульсиях, царапал землю, постепенно затихал. Ноги у Стаса дрожали, норовили переплестись, но он поднялся.

Какого черта! Дробно застучал немецкий автомат, затрещали ветки. Враг бил не прицельно, только это и спасло майора. Из леса бежал еще один боевик, молодой, в лихо заломленной мазепинке.

Он был бледен, как осенний день, и палил от живота. Делать это из «МП-40» крайне не рекомендуется, поскольку толку от такой стрельбы будет ноль.

Шелест не успел выдернуть «ТТ» из кобуры. Прицельный выстрел отбросил боевика на ствол осины, он сполз по нему, делая бессмысленные глаза, волоча за собой красную полоску.

Со стороны дороги приближалась смертельно бледная Настя Кутепова. Она держала пистолет двумя руками, вытянув их на всю длину.

– Хороший выстрел, – пробормотал Шелест, переводя дыхание. – Спасибо, девочка. Откуда он взялся?

– Лошадок в овраге сторожил, – жизнерадостно пояснил Гальперин, выскочивший откуда-то сбоку. – Замечательно, командир! Теперь у нас есть своя кавалерия.

– Гальперин, твою дивизию, что ты несешь? Зачем нам кони? – Боль скрутила грудную клетку Стаса, он сморщился, сел на корточки.

– Во-первых, товарищ майор, у меня нет дивизии, – обиженно бросил Гальперин. – Была бы, я не бегал бы с вами по кустам, а сидел в штабе, как оно и положено белому человеку.