Фактор страха

Бойцы спецназа тем временем, не встречая сопротивления, вошли во двор, оцепили дом. Командир отряда подошел к охранникам.

— Добрый вечер, прошу сдать оружие моим бойцам.

— Что случилось? — спросил один из сотрудников службы безопасности компании.

— Ничего, — улыбнулся командир, — спасибо, что не стали стрелять. Впрочем, другого мы и не ожидали.

Едва войдя в дом, командир встретил президента компании.

— В чем дело? — спросил тот. — Что происходит? Почему вы проводите свою войсковую операцию у нашего здания?

— Это не войсковая операция, — сказал командир, — извините, но мне приказано арестовать всех, кто находится в доме.

— И меня? — дернулся президент.

— Так точно, — кивнул командир.

— Я буду жаловаться премьер-министру, — гневно сказал президент, — я позвоню президенту России. Вы что, меня не узнали?"

"— Узнали. Именно за вами мы и пришли, — сказал, входя в дом, Романенко.

— Кто вы такой? — спросил президент компании.

— Всеволод Борисович Романенко. Следователь по особо важным делам прокуратуры России.

— Вы можете объяснить, в чем меня обвиняют?

— В хищении государственных средств, в намеренном занижении реальной цены целого ряда приватизируемых объектов, в незаконно проведенных аукционах, в связях с криминальными элементами, которым вы совсем недавно выплатили три миллиона долларов. Продолжать?

— Не нужно. Вы разрешите мне позвонить? — спросил он.

— Если своему адвокату или семье, пожалуйста.

— Я хочу позвонить премьер-министру.

Романенко взглянул на командира спецназа. Тот молчал, очевидно, предоставив это решать следователю. Перед ними был не просто бандит, а известный всей стране человек.

— Найдите Муравьева, — сказал Романенко и повернулся к президенту: — Можете звонить.

Президент пошел к себе в кабинет в конце первого этажа, где были установлены телефоны прямой связи, сохранившиеся еще с прежних времен.

— Добрый вечер, — начал президент компании.

— Здравствуйте, — раздался в трубке голос премьер-министра.

— Извините, что беспокою вас так поздно. Ко мне приехали из прокуратуры, хотят арестовать. Я счел необходимым вас проинформировать.

Наступила пауза. Слышно было лишь, как тяжело дышит премьер-министр.