Его моя малышка

— Не обижайся на неё, Марин, — подошла к ним и Нина Ивановна. — Не в себе она эти дни. Её же Дороганов бросил. Пять лет всё обещаниями кормил, что разведётся, что они поженятся, а вчера сказал: всё, расстаёмся. Сына, говорит, я не оставлю, буду помогать, но с тобой встречаться больше не будем. Подарил Андрюшке щенка на день рождения и всё. Жена у него опять беременная. Да и не собирался он видать, разводиться-то.

— Да кто бы сомневался, — кивнула Марина. — Спасибо за всё, тёть Нин. Поеду я. Я не обижаюсь.

— У вас опять что-нибудь на работе случилось? — разволновалась святая простота Юля Вагнер.

— Нет, нет, не переживай. Что бы ни случилось, мужа твоего сегодня дёргать не буду. Отдыхайте. И на майские праздники он весь твой, как обещала. Справлюсь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ещё раз обняв всех на прощанье, она прыгнула в джип.

И только когда выехала с просёлочной дороги на трассу, припарковалась в кармане и заплакала.

Глава 12. Марина

Обида — токсичное чувство.

И как бы Марина ни старалась абстрагироваться, выкинуть ссору с Зойкой из головы, не получалось. Обида не один день словно отравляла всё вокруг: погода стояла противно жаркой, еда в столовой пресно-безвкусной, сотрудники стали особенно галдящими и бестолковыми, да и просто всё валилось из рук.

Она даже ушла работать в переговорную, где всё же заставила рекламщиков убрать за собой бардак, но там было ещё хуже.

То падали камнем вниз. Тогда казалось, что Зойка права: Марина просто сходит с ума. Надо забыть, не ездить ни на какой детский праздник, не травить душу и просто жить дальше.

"То, наоборот, взмывали вверх, упрямо напоминая, что про «Вест-Ист» тоже говорили, что она сумасшедшая, ещё когда она сама моталась по клиентам и всё, что после примерки не подходило, принимала назад, не как остальные интернет-магазины. И тогда она слушала только себя и поступала по велению души и совести. И сейчас материнское сердце никак не хотело молчать и упрямо тянуло её туда, где, возможно, живёт её девочка.